Банк снимает у меня детское пособия

«Детские» деньги ПриватБанк забирает за кредитные долги

Банк снимает у меня детское пособия

В последнее время взаимоотношения банкиров и заемщиков дружественными не назовешь, кредитные учреждения свирепо выжимают долги, невзирая ни на какие мольбы и отговорки.

С недавнего времени в орбиту карательных действий финансиситов попала и одна из самых уязвимых категорий населения — получатели социальных пособий по линии УТиСЗН. История всплыла после обращений пострадавших на телефон «горячей линии» соцзащиты и в нашу газету.

Люди жаловались на ПриватБанк, снимающий без их согласия с карточек, по которым они получали детские пособия, долги по кредитам, взятым в этом же банке.

Анна Антоновна, бабушка полуторагодовалого внука: — Банк поставил меня в очень тяжелую ситуацию. Я не работаю, ухаживаю за матерью-инвалидом. Еще и ребенок на мне — его мама куда‑то подалась, на заработки что ли, не знаю. По ее карточке, оформленной в «Привате», я получаю пособие матери-одиночки, ежемесячно по 167 грн. Елена в свое время брала кредит в 1,5 тысячи грн. на мобильный телефон. Выплаты она просрочила. Когда я пошла получать пособие по карточке за март, то обнаружила, что на счету там ноль, четыре дня бегала к банкомату, думала, что пособие еще не перечислили. Начала разбираться, звонить в соцзащиту, в банк, — оказалось, что с пособия списали деньги на погашение кредита. Причем в банке говорят, что теперь с этого пособия матери-одиночки они будут списывать все сто процентов еще полтора года. У меня нет других источников дохода, как жить, — непонятно. Да ладно уж я, но без копейки денег оставили малыша. Разве банк имеет право изымать за долги «детские» деньги? Несчастная бабушка не одна расплачивается «детским» пособием за кредит. Пример выжимания долгов списанием с социального пособия привела и другая семья.


Татьяна, мать двухлетнего сына и дочери 6 лет:

— Я получаю пособие по уходу за ребенком до 3 лет — 130 грн. С некоторых пор обнаружила, что на карточке к выплате мне указано 90‑100 грн. Это происходит уже несколько месяцев, я даже думала, что мне уменьшили размер пособия. Когда обратилась в соцзащиту, мне объяснили, что оно не изменилось. У нас в ПриватБанке кредитная карточка на 500 грн. Мы с мужем всегда старались вносить на нее платеж вовремя, но с января просрочили. Ситуация у нас кризисная — муж оказался без работы, я из декрета выйти не могу — на работе обещают сокращения. Теперь вот с детского пособия, которое у нас фактически стало единственным источником существования, списывают деньги на погашение кредита. Мы даже за садик заплатить не можем. Свекровь помогает нам платить за коммунальные услуги, но брать на себя еще и кредитные выплаты она не в состоянии. Конечно, кредит надо платить, но почему нас даже не известили о том, что списывают деньги с пособия? На «горячую линию» в управление соцзащиты запросы клиенток, с чьих пособий списали кредитные долги, поступают до сих пор. В итоге управление задалось вопросом о законности действий крупнейшего городского кредитного учреждения.

Галина Небогатикова, начальник Константиновского УТиСЗН:

— В этом месяце управление соцзащиты отправило в ПриватБанк деньги по всем видам наших пособий еще 13 марта, тогда же отдали и выплатные ведомости. Но 16 и 17 на нашу «горячую линию» поступила масса звонков от людей, которые жаловались, что до сих пор на карточки не зачислен ни один вид пособия. Позже пошли новые звонки, люди недосчитывались своих денег. Директор отделения банка Татьяна Свинцова, с которой я связалась 17 марта, во вторник, объяснила, что пособия уже все зачислены, а причина задержки — технический сбой, устраненный ко второй половине дня. Но в УТиСЗН и до сих пор поступают звонки от людей, получивших пособие неполностью. В основном это молодые мамы, получающие пособия по уходу за ребенком до 3 лет, пособие матерей-одиночек, выплаты по беременности и родам. Мы начали разбираться, и оказалось, что ПриватБанк, в нарушение всех законов, которые касаются компенсационных выплат, пополняют свои оборотные средства, списывая с карточных счетов наших заявителей суммы по просроченным кредитным платежам. То есть, свое финансовое положение там пытаются улучшить, забирая деньги с этих видов государственной помощи. Мы считаем это нарушением законодательства. В частности, статьи 73 Закона Украины «Об исполнительском осуществлении». В ней четко перечислены выплаты, на которые не могут быть наложены взыскания, в том числе «на помощь по беременности и родам, одноразовую помощь при рождении ребенка, на помощь по уходу за ребенком и на другие пособия на детей, предусмотренные законодательством». Взыскания на эти выплаты не производятся даже по решению суда. Опираясь на этот закон, можно смело сказать, что никакие кредиты взимать с этих видов помощи банк не имеет права, разве что по заявлению самого человека. Но наши клиенты утверждают, что до этого они погашали кредиты в ручном режиме, и никаких заявлений в банк не писали. Сейчас мы будем добиваться отмены этой практики. Для начала подготовили письма в региональное управление ПриватБанка и в наше областное управление. Будем готовить письмо и на областную прокуратуру, так как проверка деятельности этого финучреждения — в их компетенции. Но то, что это нарушение, — однозначно, для получателей наших пособий это подчас единственное средство к существованию и отнимать его нельзя. Я обратилась к управляющей Константиновского отделения Татьяне Свинцовой с вопросом, — на основании чего они списали с людей деньги. Мне было сказано, что это устное распоряжение руководства регионального управления банка. Когда мои сотрудники общались с рядовыми работниками банка, им объясняли (кстати, не слишком корректно), что все это делается на основании внутреннего Положения ПриватБанка и намекнули моим инспекторам, что не стоит лезть не в свое дело. Но боюсь, что эти «высококвалифицированные» специалисты не знают многих законов, которые действуют на Украине. Любое учреждение или предприятие любой формы собственности обязано пользоваться законами государства в первую очередь, а не опираться на внутренние документы.
Объяснять причину своих действий взялись сразу два главных менеджера Константиновского филиала РУ ПриватБанка — директор Татьяна Свинцова и заместитель по розничному обслуживанию физлиц Ирина Безбородко: — Банк — не благотворительная организация, у нас свои правила, — пояснили руководительницы. — Когда клиент приходит открывать платежную карту, он открывает счет. И когда на него поступают деньги, то в банке они перестают рассматриваться как целевые, здесь это просто средства клиента, доходы, на которые он живет. Когда человек приходит оформлять кредит, то во все графы об источнике доходов он вносит абсолютно все поступающие к нему деньги. Он подписывает с нами кредитный договор, где черным по белому написано, что он ознакомлен с правилами платежей, видами штрафных санкций, как он обязывается платить и т. д. Когда он открывает текущий счет, как, например, по пластиковым карточкам на пособия, он точно также заполняет договор, где указано, что он ознакомлен с Условиями и Правилами предоставления банковских услуг при заключении договора. Кстати, этот документ — часть договора, заключаемого между банком и держателем платежной карты. В Условиях и Правилах в части 4 «Обязанности банка», в п. 4.6 сказано: «Клиент поручает банку осуществлять списание денежных средств… со счетов клиентов в пределах сумм, подлежащих уплате банку по этому договору при наступлении сроков платежей, а также списание денежных средств с картсчета в случае наступления сроков платежей по другим договорам Клиента в размерах, определяемым этими договорами (договорное списание), в пределах платежного лимита картсчета. Банк производит списание денежных средств с любого счета клиента, в размере, эквивалентном сумме задолженности…». Так что клиент на момент оформления как социальной, так и кредитной карты прекрасно об этих правилах знает, он подписывает соответствующий документ. Другое дело, что при оформлении он готов на все, лишь бы получить кредит и не просчитывает никакие форс-мажорные обстоятельства и риски. По словам специалистов УтиСЗН, в области такому повороту дела очень удивились, до этого ни один город такую проблему не поднимал. Облуправление заверило подчиненных, что такие действия банкиров «незаконны, вопиющи», и пообещали разобраться. К какому результату приведут разбирательства, мы не знаем. Но Константиновское УТиСЗН, как заверила Галина Небогатикова, собирается идти до конца: «Мы привыкли не оставлять без внимания обращения людей, докапываться до сути и добиваться результата, так будет и на этот раз». Пока же городская соцзащита призывает звонить с аналогичными фактами на «горячую линию» по тел. 6‑23‑29, в отдел денежных выплат и компенсаций — 2‑23‑25 или 6-23‑30.

В. Данько.

© 1990-2018 ПСМИ ЧП «Газета Провинция»

Источник: https://www.konstantinovka.com.ua/newspaper/finansy/detskie-dengi-privatbank-zabiraet-za-kreditnye-dolgi

Что делать семье, если она не справилась с ипотекой и лишилась квартиры

Банк снимает у меня детское пособия

“3-комн. квартира, 58,8 м, 5/9 эт., 2 672 177 рублей. Обременение: наличие проживающих граждан.

Объявление размещено в рамках реализации банком имущества, на которое обращено взыскание как на предмет залога, а также полученного по договору в качестве отступного”.

По-простому: продается квартира, которую банк отсудил у ипотечных должников. Объявление опубликовано на популярном сайте по продаже всего на свете.

Проживающие в квартире в растерянности: в любой момент они могут остаться без крыши над головой и с долгами. Историю своих злоключений рассказывают отрывками, путано и эмоционально.

Начиналось все хорошо: в 2013 году Димитри и его красавица-жена Мака взяли в ипотеку 4,1 миллиона рублей и купили небольшую “трешку” в панельной девятиэтажке на окраине Екатеринбурга.

К моменту сделки в семье подрастали трое дочерей: девятилетняя Каре, семилетняя Марина и трехмесячная Аня. Первоначальный взнос – 10 процентов, ставка – 12,25 процента годовых, срок – 20 лет. Обычные условия в то время. “Платить могли, – вспоминает Димитри.

– У меня была своя “Газель”, я занимался грузоперевозками, Мака работала в аптеке.

Что выгоднее в Москве: аренда или ипотека

Месяцев 7-8, по словам Димитри, платили исправно. Потом начались проблемы с работой: заказов на грузоперевозки стало мало, жену уволили. “Я пришел в банк, говорю: “Так и так, не могу платить”. Мне ответили, что это мои проблемы.

Потом, правда, добавили, что нужно вносить хотя бы часть суммы. Никаких заявлений на перерасчет платежа я не писал, устно договаривался. Даже не думал, что надо”, – рассказывает Димитри.

В банке говорят, что заемщики просрочили даже первый платеж по кредиту, да и потом платили не вовремя и меньше, чем нужно.

Мужчина устроился на работу в Перми, ездил туда-обратно каждые две-три недели, по возможности относил деньги в банк: по пять, десять, 15 тысяч. Старался не пропускать платежи, но случалось. Говорит, из банка не звонили, не писали. Банк уверяет, что пытался связаться с клиентом, “однако все обращения, включая письменные уведомления о наличии просроченной задолженности, были проигнорированы”.

Весной 2015 года супругов вызвали в суд: банк просил взыскать с заемщиков кредитную задолженность, продав квартиру. Суд встал на сторону истца.

– Я даже не думал, что квартиру будут продавать, а нас будут выселять, – уверяет Димитри.

– Но вы же были на суде, вам на руки выдали решение, – удивляюсь я.

– Так я же его не читал! Подписал и забрал. Судья мне сказал: договаривайтесь с банком. Если не договоритесь, приходите ко мне.

Я приходил потом уже, когда узнал, что нас выписали из квартиры, но он все время был то в командировках, то в отпуске, то на совещаниях”, – пытаюсь понять, как взрослый житель города-миллионника так искренне может верить обещаниям незнакомых людей. Возможно, он рос среди людей, для которых слова важнее бумаги.

О том, что семья больше не зарегистрирована в квартире, Димитри узнал случайно в 2017-м. “Пошел в паспортный стол за справкой – хотел оформить детское пособие, а мне сказали, что мы не прописаны в квартире”, – Димитри растерянно опускает глаза. Выяснилось, что банк через суд выселил должников из квартиры.

Глава семьи нанял адвоката, пытался оспорить решение, но безрезультатно: квартира перешла в собственность банка (ее оценили в 2,2 миллиона рублей), а семья осталась должна еще 1,6 миллиона. С банковской карты Маки тем временем начали снимать деньги в счет погашения долга.

– На карту приходили детские пособия, мы их не тратили, копили на отпуск – долги долгами, но хотелось ненадолго съездить куда-нибудь. Однажды зашел в онлайн-банк, увидел, что все сняли. Побежал в соц­защиту. Они говорят: “Не имели права ­забирать “детские”, дали справки. Я их отнес и приставам, и в банк, но пособия не вернули.

В марте у нас родился еще один ребенок, мы получили 21 тысячу рублей (единовременная выплата за рождение ребенка. – Прим. ред.) – приставы половину сняли.

Ипотечные каникулы: что это такое и как их получить

В этом мае к должникам начали приходить приставы. Дверь им не открывали, предписания о выселении находили в почтовом ящике и около двери.

Уезжать из квартиры семье некуда: другого жилья нет. Кроме того, Аидоянам нужна прописка. Без прописки родители не могут поставить младшего ребенка в очередь на детский сад, а старшая дочь, 15-летняя Каре, – получить паспорт. В следующем году ей предстоит сдавать ОГЭ, без документа ее не допустят к экзамену.

Пару месяцев назад Димитри обратился за помощью в национальную диаспору – семья из народности езидов.

Вместе с региональным представителем Совета старейшин езидов мира на территории РФ Денизом Усупиным-Рожкани они съездили на прием к свердловскому омбудсмену Татьяне Мерзляковой.

Уполномоченный по правам человека обратилась в банк, но учреждение отказалось посвящать ее в подробности кредитной истории клиента.

Редакция “РГ” помогла организовать встречу с руководством банка.

– Национальная община готова поручиться за платежеспособность Димитри. Во время встречи мы предлагали банку такой вариант: семья остается в квартире и возвращается к изначальному графику платежей по договору. Но банк отказался.

Директор Института финансов и права Уральского государственного экономического университета Максим Марамыгин считает: семья Аидоян – одна из многих, кто попал в кредитную ловушку.

– Трудная ситуация у семьи возникла в 2014 году, в момент наступившего кризиса. У банков еще был некий снобизм, оставшийся после “жирных” лет, когда у населения были хорошие доходы. Люди брали, теряли работу, становились должниками.

Не было жесткой позиции Центробанка и государства по защите заемщиков, этими вопросами стали заниматься лишь в 2015-м. Сначала появилась возможность рефинансировать кредит, несколько месяцев назад попавшим в трудное финансовое положение заемщикам гарантировали кредитные каникулы.

Сегодня, если человек будет поступать разумно, такая история вряд ли повторится, – говорит эксперт.

Если нет возможности платить, можно, во-первых, попросить ипотечные каникулы на срок до полугода, во-вторых, если стабильного дохода в обозримом будущем не предвидится, – объявить себя банкротом.

Ошибка Димитри в том, что он пустил дело на самотек: поверил словам рядовых сотрудников банка, которые сказали, что платить можно хотя бы частями. Не переспросил, не уточнил, не проверил. Даже одно письменное обращение с просьбой о реструктуризации долга, напиши Димитри его в самом начале, могло изменить ход событий. Но рядом не нашлось человека, который мог дать дельный совет.

В каких городах России можно погасить ипотеку за год

Редакция “РГ” обратилась в банк, где семья Димитри брала ипотеку. Мы спросили: мог бы банк этой конкретной семье простить долг? Для Аидоянов миллион, два, три – гигантская сумма. Для банка с его оборотами – согласитесь, незначительная.

К тому же, с учетом всех платежей, которые семья успела внести за кредит, и стоимости квартиры, по которой ее предлагают выкупить, банк в итоге получит почти пять с половиной миллионов рублей.

Даже с учетом инфляции за четыре года, что жилье было в собственности у Аидоянов, банк ничего не потерял. Почему простить? Потому что должник хоть и сам втянул себя в эту историю, но все-таки платить не отказывался и не отказывается до сих пор.

Даже когда квартира перешла по суду в собственность банка, Димитри продолжал частично вносить деньги на ипотеку. Да и куда ему деться с женой, тремя дочками и грудным сыном?

Ответ на запрос мы ждали больше месяца:

– Данная квартира уже является собственностью банка, получена в результате исполнения судебного решения о взыскании кредита. Заемщики утратили право собственности на недвижимость.

Часть кредита погашена квартирой в 2017 году, поэтому вопрос распоряжения банком квартирой уже не связан с урегулированием просроченной ссудной задолженности. Дарение квартир и других активов банка гражданам нарушает права акционеров и вкладчиков и не предусмотрено Уставом банка.

За время возникновения проблем по возврату кредита (с 2014 года) клиенты не обращались с вариантами урегулирования. В настоящее время семья Аидоян проживает в квартире, принадлежащей банку, без каких-либо оснований. Аидояны действительно продолжают жить в проблемной “трешке”, приставы не беспокоят.

Двоюродный брат Димитри согласился взять ипотеку и выкупить квартиру у банка – так семья сможет остаться дома и постепенно расплатиться с родственником. Правда, сначала нужно найти деньги на первоначальный взнос.

Кстати

Гавриил Григоров/ТАСС

19 июня Центральный банк РФ предложил банкам рассмотреть возможность прекращать взыскание оставшейся задолженности с граждан, лишившихся заложенного жилья. Однако обращение носит характер рекомендации и не обязывает банки следовать ей.

Источник: https://rg.ru/2019/07/30/reg-urfo/chto-delat-seme-esli-ona-ne-spravilas-s-ipotekoj-i-lishilas-kvartiry.html

Адвокат-online
Добавить комментарий