Мама взяла кредит знакомому мужчине, а он не платит и ей платить нечем, как быть?

История жадности и наивности. Как кредиты убили человека

Мама взяла кредит знакомому мужчине, а он не платит и ей платить нечем, как быть?

Лидия Александровна не маркетолог, не рыночный коммерсант и не творческий человек с богатым внутренним миром. Она та, кто с ложечки кормит всю эту капризную братию. Она доярка — вот уже 21 год. В свою очередь, ее скудной зарплатой и жалованием мужа пытались наперебой кормиться семь (!) банков.

Правда, вышло все наперекосяк, плохо и страшно. Муж, набрав кредитов, поджег себя и погиб. Женщина тоже по уши увязла в этих «легких» деньгах. На семью набрали миллионов 120 старыми. Банки теперь пытаются отбить свое.

Проблема закольцевалась на уровне взаимных вопросов: «Зачем брали?» — «А зачем давали?» Возможно, эта лютая и местами необъяснимая история кого-то чему-то научит.

У въезда в деревню Малевичская Рудня бродит местный житель. Приезжим он вкратце излагает историю места, а также сообщает ряд необходимых фактов, без знания которых тут придется туго.

Великая армия отступала через местную речку Добосну. Сам он нашел французский медяк времен Бонапарта. Приезжали городские с металлоискателями, тоже много чего насобирали. В 1941-м немцы разгромили тут советскую дивизию.

В 1944-м Рокоссовский уничтожил вон в том лесу двадцать немецких дивизий. В болоте осталась куча Т-34, а поверх «Тигра» посеяли кукурузу. Противотанковая пушка МТ-12 бьет точно, но надо часто менять ствол.

Вроде ничего не забыл.

В конце улицы находим красивый красный дом 1965 года постройки.

У калитки вместо столба вкопан трофейный рельс, доставшийся от немцев. Вышел встречать кот Мурзик. За забором заливается пес Кузя — он добрый, на чужих только лает. В основном от радости.

В сарае что-то делят куры. С виду нормальный деревенский двор. Только уж больно страшные вещи тут происходили.

Напомним, про эту историю, не особо разбираясь, отголосили недавно некоторые сайты: «Мужчина из-за кредитов совершил самосожжение». В детали не вдавались. Например, в то, что было это в 2015-м.

Лидия Александровна уже почти научилась рассказывать об этом спокойно. С фото на стене слушает она же — 15-летняя.

— Муж скотником работал, потом его выгнали. Ну за что выгоняют… За пьянку. Несколько раз кодировался, а на Радуницу в 2015-м пришел такой радостный: «Меня уволили». В общем, вышло, что я одна работала, пыталась и его, и мои кредиты гасить, но не получалось. И плакала, и голосила…

Стали ему звонить, эсэмэски слать: дом отберем, то, се. Как-то говорю: «Знаешь, Коля, я хоть и в год Лошади родилась, но не вытягиваю. Ищи работу, иди к директору». Да и пошла на огород. Потом слышу крик: «Лида, горю!» Обернулась, а он в летней кухне.

Через окошко голова — как свечка. Пока добежала, кричу: «Падай, переворачивайся!» — чтобы огонь сбить. Остались резинка от трусов да носки… Там бензин был для косы, он им и облился. Да кто его знает, специально ли. Я его до этого три раза из петли вынимала.

У Лидии Александровны теперь новый спутник.

— Володя, — представляется он и демонстрирует неуемную жизненную позицию. Непрерывно балагурит, рвется рубить дрова, делать еще что-то по хозяйству.

Женщина признается, что и сама в петлю лазила, таблетки ела — Володька вытаскивал.

К кредитам в любой форме он относится плохо:

— Вот еще! На кой они мне?

Хотя уж он-то — лакомый кусочек для любого ростовщика. Потому что пенсионер.

«Тут берем — там гасим»

— Лет десять назад я впервые холодильник купила в кредит. Тогда еще был такой «Трансбанк», через него брала.

В кухне притаился тот самый холодильник, с которого началась эта бурная кредитная история, сопровождавшаяся неоднократными попытками самоубийства и смертью. Стоит, слушает. Полупустой.

— Потом брали в «Приорбанке». Ну рекламы ж идут. Мы как делали: я пишу заявление на себя, муж — на себя. Думали: ну, может, хоть одному дадут. А они одобряют обоим! Потом «Белагропромбанк», я пишу себе, он — себе. И опять обоим дают. Потом «Идея Банк».

Тут берем — там гасим. Ехать куда, или ремонт делать, или еды купить — опять лезу в кредиты. Никогда нам не отказали, — Лидия Александровна сыплет названиями банков (только там и сохранились еще отзывчивые люди в этом жестоком мире).

— Например, в очередном банке беру 5 млн, ну надо было мне. Через два месяца приезжаю, еще понадобилось 2—3. Они говорят: нет, берите 10. Мол, из них предыдущие 5 погасите, там еще проценты, страховка, а остальное вам. Заманчиво так. И довела я там дело до 25 млн.

В один месяц я беру, в следующий — муж. Так и перекручивались.

«Ну я тоже хороша, поехала выпившая… Дали 60 млн»

Читать накопившиеся за несколько лет кредитные договоры — все равно что наблюдать, как рыба идет в сеть. Умные юристы формулировали, чтобы ни одна доярка не ускользнула, ни один скотник не ушел. Лидия Александровна подписала их множество. Ставя свою фамилию, с чем только ни соглашалась.

Там есть выражения «аннуитетный платеж», «овернайт» и другие чудесные термины. Да, сама будет вести «мониторинг изменения бла-бла-бла на сайте Национального банка либо в других источниках (СМИ, специализированные порталы и т. п.)…» Да, готова исполнять кучу иных неведомых условий.

С таким же успехом она могла подписать признание, что развязала Вторую мировую.

«Процентная ставка равна ставке по кредиту овернайт, увеличенной в 1,4 раза». В переводе на русский это 42% годовых. Такая крутая ставка обычно применяется для коротких однодневных кредитов. А тут три года. Подписать подобное может либо жулик, либо совсем уж отчаявшийся человек. Лидия Александровна и ее покойный супруг, видно, из последних.

Еще один договор: 6 млн (старыми) на 60 месяцев. Пока выглядит безобидно. Ага, 59% годовых. Уже не выглядит. Каждый месяц необходимо было платить примерно по 312 тыс. В итоге вместо взятых 6 млн придется отдать примерно 19 млн.

Вот Лидии Александровне доверили карточку с овердрафтом в 10 млн (старыми). Выдавая, отнесли к категории «лояльный клиент» — это почетно. Правда, как показывает опыт женщины и ее мужа, не попасть в эту категорию сложно. Если гасить долг вовремя, то 20% годовых, по-божески. Просрочил больше чем на месяц — 94% годовых. Мы и цифр-то таких никогда не видели…

Умом все понятно. Чем проще получить кредит, тем менее надежны получатели, тем эти деньги дороже стоят. С другой стороны, если человек согласился на такую форму рабства, никто не вправе ему отказать. У нас свободная страна.

«Муж как пьяный, так едет в Жлобин брать кредиты. Скотником работал, потом его выгнали. Ну за что выгоняют…»

Потом был «Дельта Банк» (сейчас он в состоянии банкротства, его делами занимается «Банк Москва-Минск»). Там Лидия Александровна с мужем набрали полные пазухи — ну раз дают.

— В 2013-м брала, в 2014-м брала… Я хотела погасить долги в других банках. А они говорят: возьмите еще, еще… Так четыре кредита и набрала. Ну я тоже хороша, поехала выпившая. В последний раз дали 60 млн наличными в руки. Без справок, без ничего.

Это рекордный кредит. Не моргнув глазом нетрезвой доярке выписали 73 500 000 рублей (старыми). Из этой суммы на 13 500 000 надо было застраховаться в карманной фирме. Остальное — на руки, 60 млн. Срок погашения — три года под 39,9% годовых.

Стараемся не сломать шею, читая, что там страхуется (вы не повторяйте это дома): «Объектом страхования являются не противоречащие законодательству интересы Застрахованного лица, связанные с причинением вреда жизни и здоровью Застрахованного лица либо вследствие несчастного случая». Сокращаем выражение: «страхуются интересы, связанные с вредом». Что бы это ни значило. Это как поэзия: не надо понимать, надо чувствовать сердцем.

— И муж брал. Он как пьяный, так едет в Жлобин брать кредиты. Тоже четыре штуки взял на 60 млн где-то. А потом поджегся. Тоже из-за этих кредитов: звонили-звонили…

В папочке из клеенки сложены квитки-напоминалки: ежемесячно Лидия Александровна должна относить «Дельта Банку» примерно 400 рублей. Рядом укоризненно лежит последний расчетный листок с фермы: зарплата за сентябрь — 245 рублей 5 копеек.

Не успела вовремя покормить банк — он имеет право повысить процент вдвое.

— Недавно вот пришла бумага погасить 12 000 новыми в недельный срок. Где я их возьму? Воровать или повеситься? А сумма же растет. Вот я помечала: еще 8 февраля было 7460 рублей.

Сгорел кредит

После гибели кредитополучателя банк обратился в суд, требуя у вдовы вернуть деньги. Суть дела была в том, что 55-летний скотник взял в кредит сначала 6,2 млн (старыми), а спустя год — еще 44 млн («на потребительские нужды и приобретение страховых услуг»). Было это 20 декабря 2013 года и 12 ноября 2014 года соответственно. (Между этими датами там же 75 млн взяла и его супруга.)

20 июня 2015 года должник умер. Банк доказывал, что Лидия Александровна унаследовала его долги. Лидия Александровна разводила руками: кредиты-то им давали по отдельности.

В иске особо отмечено: в случае смерти клиента банк может заморозить начисление процентов. А может и не заморозить. В данном случае банкиры счетчик не останавливали, потому что имеют право. Итого иск с учетом процентов составил 61,3 млн рублей (старыми).

До суда банк попросил арестовать имущество Лидии Александровны.

— Приезжали они, смотрели, фотографировали. Ну что тут изъять?

Отбирать и правда нечего. Разве что кипящую кастрюлю с грибами, аромат которых пропитал комнату. Телевизор — допотопный, холодильник не лучше, да и вроде нельзя их отбирать. Даже электрочайника нет.

Сам дом служебный, достался семье от местного хозяйства. Тогда тут с Лидией Александровной и ее супругом жили трое детей — теперь они взрослые, уехали в райцентр. У всех свои дела, житейские проблемы. Кредиты…

Теперь, по словам хозяйки, она пытается приватизировать жилье, на это тоже нужны деньги. Рассрочку по платежам дали на десять лет, пока прошло три. То есть отобрать дом в счет банковского долга тоже нельзя.

Как бы то ни было, суд не признал этот долг за Лидией Александровной. Для банка эти деньги, похоже, потеряны. Теперь она должна только свои 12 000 рублей.

— Банк тоже можно понять…

— А что они могут сделать? Посадить только — так за кредиты не садят. Изымать из зарплаты понемногу — так вы видели ту зарплату. Из нее я плачу 100 рублей в месяц одному банку да 25 рублей другому. Плюс за приватизацию 10 рублей в месяц. Что на жизнь остается? За электричество чем платить? Хорошо хоть куры есть да огород.

Для Лидии Александровны продолжается сероватая жизнь, полная грозных эсэмэсок, писем от судебных исполнителей и космических чисел.

— Что я вижу в жизни? Работа — дом, — женщина не видит выхода из этого тупика, в котором оказывается все плотнее.

В четыре утра она встает на дойку. До фермы километра четыре. Обычно работниц собирают по деревне и везут на легковушке, иногда Лидия Александровна добирается велосипедом (если он не сломан). В десять возвращается, занимается хозяйством, к 16:00 — снова на ферму, в десять вечера возвращается.

— Дети выросли, они сами себе. Редко тут бывают.

Когда прощаемся, Лидия Александровна и Володя стараются нагрузить нам в багажник тыкв и сушеных грибов. Расстраивается, что не берем. Банки вот тоже тыквами не берут.

Лидия Александровна не одна такая. Показывает недавнюю эсэмэску от какой-то лавочки (не банка), которая специализируется на «быстрых ссудах». Эсэмэска адресована знакомой, но почему-то пришла на этот телефон: рекомендуют вернуть долг.

Те, у кого есть доступ к информации о настоящих масштабах явления, не очень разговорчивы. В тысячах деревень отыскиваются простые наивные люди — с недостатками и «косяками», незамысловатыми и понятными желаниями. Последние производители реального продукта.

Для кого-то это просто ресурс — доверчивый, управляемый, предсказуемый, хорошо клюющий на рекламу. Иногда, правда, срабатывает статистическая погрешность, как в описанной истории. Но проблема решается с помощью высокого процента по легкодоступному кредиту. А некоторыми потерями (с обеих сторон) можно пренебречь.

Юристы в сервисе «Onliner. Услуги»

Источник: https://people.onliner.by/2017/10/27/dolg-21

Дети за родителей… в ответе: на несовершеннолетнего хотят повесить долги его мамы и бабушки

Мама взяла кредит знакомому мужчине, а он не платит и ей платить нечем, как быть?

15.07.2016, 09:24

 (77)
“МК-Эстония”

Если на вас подали в суд, а платить вам нечем, то за вас могут потом еще долго расплачиваться ваши дети. Именно так получается по эстонским законам.

При этом официальными представителями ребенка в суде являются его родители, и если они натворили дел, подрастающее поколение никто слушать не будет — суд вынесет решение без несовершеннолетнего, и он вступит в самостоятельную жизнь уже с арестованным счетом и огромным долгом. В подробностях шокирующей истории разбиралась ”МК-Эстония”.

Жительница Таллинна Елена Жукова (39) взяла в 2007 году кредит на покупку квартиры в 1 150 000 крон. Покупала она ее, надо сказать, в очень неудачное время — на самом пике, перед обвалом рынка недвижимости. Залогом служила квартира ее родителей.

Вскоре грянул кризис, который сказался и на Елене: платить по кредиту она не смогла. В 2010 году ей пришлось купленную квартиру продать. Продала по тем меркам неплохо — за 630 000 крон. Но все равно этой суммы не хватало на покрытие займа. Она осталась без жилья и с остатком по кредиту.

Тогда она переехала жить к своим родителям вместе с сыном Артуром, которому на тот момент было 11 лет. И заключила новый договор, на рефинансирование кредита.
Однако и по нему платить исправно не смогла. В итоге банк расторг и его.

Ушла за бесценок

”Тут много вопросов, — говорит сестра Елены, Вероника (32). — Квартира принадлежала маме с папой. Когда банк расторг договор, они, как говорят, отправили им тоже заказное письмо. Но когда его принесли, мамы дома не было, и его взяла Лена, которая родителям его не передала”.

В итоге о том, что ее единственное жилье продают, мама Елены, Галина (60) узнала, уже когда делом занялся судебный исполнитель.

”Когда она поняла, что может остаться на улице, ей стало плохо. У папы вообще случился инфаркт. Она стала просить переписать все на нее, но маме сказали, что сделать уже ничего нельзя, — рассказывает Вероника.

— Хотя, если бы она вовремя узнала о том, что у сестры возникли проблемы с платежами, и банк хочет расторгнуть договор, она бы, конечно, не оставила бы это на самотек. У нее был свой бизнес, папа тоже хорошо получал, работал плюс была пенсия.

Конечно, они бы платили по кредиту сами — никто не хочет на склоне лет лишиться без крыши над головой!”

Галина писала письма в банк, просила решить ситуацию, однако было уже поздно — квартиру продавали с молотка.

”Папа даже взял кредит — они были готовы выкупить обратно свою же квартиру, — рассказывает Вероника. — В первый раз ее не продали, во второй тоже, а на третьем аукционе ее продали буквально за пять минут — они даже не успели сориентироваться. В итоге квартиру, где они прожили много лет, купил посторонний человек, и они фактически остались без крыши над головой”.

Вероника подчеркивает, что очень много вопросов вызывает и цена сделки — двухкомнатную квартиру в Ласнамяэ в 2012 году выставили на торги всего за 25 000 евро!

”Хотя если посмотреть среднюю цену за квадратный метр в то время, квартира такой площади должна была стоить минимум 45 000 евро”, — подчеркивает она.

Удар за ударом

Увы, беда не приходит одна. Когда квартиру продали, папа Елены и Вероники вскоре решил, что с него хватит, и ушел к другой женщине.

”Он подал на развод, — рассказывает Вероника. — Елена еще раньше уехала работать в Финляндию. Мама осталась одна с Артуром. Но это все было для нее таким ударом, что у нее началась депрессия, она полгода просто лежала и смотрела в потолок, я ей привозила еду, потому что она никуда не выходила, ее бизнес пришлось закрыть, потому что она им не могла в таком состоянии заниматься…”

Сестра Елены отмечает, что, конечно, банк должен был доставить письмо, где говорится, что люди могут лишиться своего единственного жилья, обязательно именно им в руки.

”А так получилось, что из-за неуплаты максимум в 1500 евро — сестра должна была платить в ноябре, а в феврале банк уже расторг договор — мама с папой потеряли квартиру!” — возмущается она.

Когда выяснилось, что жилье купил посторонний человек, Вероника начала активно пытаться решить проблему.

”Надо сказать, что об этой ситуации я узнала не сразу — уже когда дело зашло слишком далеко, — подчеркивает она. — Через неделю после аукциона мы сидели с покупателем в кафе, и я ему предложила выкупить квартиру обратно за 30 000 евро. Он бы за неделю наварился на 5000 евро! Но он захотел 50 000”.

И перед выселением, добавляет Вероника, ее мама буквально на коленях просила нового владельца дать им возможность выкупить квартиру за 35 000 евро.

”Просила его оставить ее с внуком в покое… Но тот — ни в какую! Он понимает, что можно навариться, и остальное его не волнует”, — говорит Вероника.

Она полагает, что не исключено, что это был знакомый судебного исполнителя, которому сообщили, что продается недвижимость по бросовой цене.

”В два часа ночи он перевел залог, а в 10 утра уже состоялся аукцион”, — говорит Вероника, которая считает это все странным. Как и то, что банк не попытался решить проблему с хозяевами квартиры, а просто направил ее на аукцион.

Без крыши на головой

”Между аукционом и выселением прошло три года. Мама, когда спустя полгода пришла в себя, даже не осознавала, что квартира продана, — рассказывает Вероника. — И сколько я ей ни объясняла, она по-прежнему думала, что квартира — ее.

Делала там потихоньку ремонт, поменяла окна, собиралась двери менять. А в прошлом году пришли бумаги из суда. Новый покупатель требовал 11 918 евро — за то, что они три года там жили.

Хотя он даже ни за что не платил — мама оплачивала все коммунальные услуги”.

Как следует из протокола, новый покупатель говорил на суде, что он неоднократно слал жильцам письма с просьбой освободить квартиру.

”Однако они не делали этого, хотя законных оснований там находиться у них не было, — говорил покупатель. — А это — моя собственность, которой я распоряжаться не могу”.

Суд, как следует из того же протокола, предложил сторонам компромисс: Галина с внуком освобождают жилье, которое так и так им не принадлежит, а покупатель отказывается от каких-либо денежных требований. Вроде бы хорошее предложение. Однако почему-то Галина от этого компромисса отказалась.

”Мама не понимала толком, что происходит, — поясняет Вероника, которая тоже была на том суде. — Отвечала невпопад, говорила, что квартиру продали нечестно. А мне суд не дал возможности выступить, поэтому я на ход дела повлиять никак не могла”.

Вероника ходатайствовала о том, чтобы быть представителем сестры, но по закону представителем могут быть родственники по восходящей или нисходящей линии — то есть родители или дети. А никак не братья-сестры.

”В итоге суд принял решение о том, что все, кто был прописан в той квартире — мама, папа, Елена и ее сын Артур — должны покупателю 11 918 евро, — рассказывает Вероника. — Хотя папа там уже три года как не живет.

И в итоге получается, что Елена уехала в Финляндию, до нее судебным исполнителям не добраться. У папы своя семья.

Мама с Артуром сейчас живут у меня, но с мамы взять нечего, а вот у 17-летнего Артура — вся жизнь впереди, и счет у него уже арестован…”

Аккурат в день рождения Артура, 29 марта, ему и бабушке пришлось съехать.

Несовершенство законов

”Сейчас в моей двухкомнатной квартире ютятся четыре человека — мама, Артур, я и мой ребенок — и собака. Муж мой работает за границей и приезжает только на выходные”, — рассказывает Вероника.

Молодую женщину возмущает такой подход суда и судебных исполнителей.

”Ребенок же не виноват, что его мама набрала кредитов и не смогла их платить! — подчеркивает Вероника.

— Ребенок же не виноват, что он был прописан в той квартире — потому что несовершеннолетний по закону должен быть прописан по одному адресу с родителем, и сам выписаться оттуда до 18 лет не может. Ребенок же не виноват, что покупатель поставил его в иске также ответчиком.

При этом в суд его никто не приглашал, его мнением никто не интересовался, возможности защитить себя у него не было… А теперь, так как с мамы и бабушки взять нечего, все долги могут повесить на него!”

Она отмечает, что по закону дети отвечают за свои поступки начиная с 14 лет.

”Но это же не его поступки создали такую ситуацию. Конечно, маме и сестре надо было активнее защищать свои права. Но почему теперь вешают это все на ребенка? Он же не выбирает, где жить. Он только недавно обо всей этой истории узнал — когда не смог получить стипендию, потому что судебный исполнитель арестовал его счет”, — возмущается она.

Вероника убеждена: нужно внести поправки в законы, чтобы не делать детей заложниками ситуации.

”Может быть, найдется толковый адвокат, который сумеет найти возможность освободить ребенка от долгов, — надеется Вероника. — Потому что как только Артур устроится на работу, с него начнут снимать деньги — в счет погашения долгов его мамы и бабушки”.

Списали 30 000 евро

”Банк пошел в 2010 году Елене навстречу, так как она не хотела, чтобы продавали квартиру ее родителей, — говорит Март Сийливаск, пресс-секретарь Swedbank. — Заключили договор рефинансирования, Елене предоставили кредитный отпуск на полгода. Однако и по новому кредиту она не сделала ни одного платежа, поэтому в феврале 2011 года банк расторг договор в одностороннем порядке”.

Сийливаск заверяет, что сообщение о расторжении договора было отправлено и Елене, и Галине.

”Оба сообщения приняла Елена, которая жила вместе с мамой, — поясняет пресс-секретарь ситуацию. — Через 4 месяца квартиру отправили на аукцион”.

Он добавляет, что квартиру продали только с третьего раза, поскольку желающих купить ее не было. Это заняло год.

”Не в интересах банка продавать залог по низкой цене, — заверяет Сийливаск. — Наоборот, банк хотел бы продать недвижимость по максимально высокой цене. Но в данном случае цена квартиры не покрыла остаток по кредиту, и у Жуковых после продажи второй квартиры все равно остался долг перед банком. Но банк пошел им навстречу и списал более 30 000 евро”.

”Все по закону”

”Так как судебный исполнитель обязан хранить служебную тайну, и ему запрещено сообщать третьим лицам обстоятельства конкретных дел, находящихся в производстве, то мы можем разъяснить лишь общие положения исполнительного производства”, — говорит Сергей Вольф, помощник судебного исполнителя Элин Вилиппус, которая занималась данным делом.

Во-первых, что касается цены на недвижимость, то Вольф отмечает, что ее обычно получают после оценивания квартиры и указывают в акте об аресте. Он также заверяет, что цель судебного исполнителя — продать квартиру по максимально высокой цене.

”Но окончательная цена все же формируется в ходе аукциона, а также исходя из того, что продают, в каком состоянии, кто и как пользуется недвижимостью на момент продажи, насколько они заинтересованы в сотрудничестве, какие риски сопряжены с недвижимостью, какие расходы лягут на покупателя впоследствии”, — перечисляет Вольф факторы, влияющие на цену имущества.

Во-вторых, в 2012 году можно было переводить деньги до аукциона, даже в тот же день, но до того, как было сделано конкретное предложение. Поэтому ничего странного в переводе в 2 часа ночи Вольф не видит.

Что же касается ситуации с Артуром, то Вольф отмечает: если кто-то из солидарных должников, то есть его мама, бабушка или дедушка, погасит долг, то парню ничего платить не придется. Но если нет, то действительно может возникнуть ситуация, когда ему придется выплатить все 11 918 евро.

Как быть, если должник в Финляндии, получает зарплату и теоретически мог бы что-то платить?

”Судебные исполнители Эстонии и Финляндии напрямую не сотрудничают, но в случае если есть решение эстонского суда, то кредитор может обратиться в суд с ходатайством о признании этого решения другим государством. Чтобы с должником могли работать по его месту жительства или по месту нахождения его имущества. После этого кредитор должен сам обратиться к судебному исполнителю в той стране”, — описывает алгоритм Вольф.

Таким образом, получается, что спасти Артура от долгов может только… новый покупатель квартиры. Если он захочет бегать по судам и заморачиваться, то парню не придется выплачивать 11 918 евро. Если нет — то ему остается только посочувствовать. Ни судебный исполнитель, ни Вероника это за покупателя сделать не могут.

Однако будет ли новый покупатель этим заниматься, узнать не удалось. Когда журналист с ним связался, он пообещал перезвонить, но звонка так и не последовало.

Источник: https://rus.delfi.ee/press/mk_estonia/deti-za-roditelej-v-otvete-na-nesovershennoletnego-hotyat-povesit-dolgi-ego-mamy-i-babushki?id=75069749

Адвокат-online
Добавить комментарий