Можно ли содержать стадо крупного рогатого скота в 5 метрах от соседей?

Как судебный пристав мирно переселил из города крупный рогатый скот

Можно ли содержать стадо крупного рогатого скота в 5 метрах от соседей?

В пушкинском районе Санкт-Петербурга судебный пристав смог исполнить решение суда о принудительном переселении стада коров, примирив при этом обе стороны конфликта.

Информация об этом на официальном сайте УФССП по Санкт-Петербургу взбудоражила горожан. Во-первых, не так часто конфликты между соседями, дошедшие до суда, удается решить полюбовно. Исполнение судебных решений – вообще больной вопрос. Бывает, оно тянется годами. А во-вторых, тема содержания животных на приусадебных участках – из разряда горячих.

В самом деле, как быть, если жителю частного дома хочется кроме палисадника с цветочками обзавестись курами-кроликами-поросенком, а его сосед за сеткой-рабицей категорически против фермерских запахов?

…А раньше на 4-й линии Санкт-Петербурга рогатые чувствовали себя как дома. Из архива соседей

– У нас был настоящий ад, – говорит Наталья Блохинова, жительница Пушкинского района. – Соседи, две сестры, которым дом достался по наследству от их матери, держали тут 11, а то и 13 коров.

Разумеется, никакой санитарно-защитной зоны не было: коровник прямо окна в окна с нашим коттеджем. Пасли стадо незаконно на пустоши между домами и асфальтовой дорогой.

Улица, у нас она называется 4-я линия, всегда в навозе, жижа из-под коровника стекала на соседские участки. Разумеется, антисанитария – мухи, крысы. А запахи!..

По словам Натальи, сами сестры не так уж часто появлялись на своем участке: живут с семьями своих выросших детей в городских квартирах, а “бабушкин дом” приспособили не то чтобы “под дачу”, скорее – для подсобного хозяйства. Ухаживали за коровами гастарбайтеры.

Стоит отметить, что микрорайон Александровская, где произошла эта история, входит в черту города Пушкина, а тот, в свою очередь, является административным районом Санкт-Петербурга. Так что коровы жили, считай, прямо на территории Северной столицы.

“Российская газета” помогла читательнице найти могилу сестры на Сахалине

Такое положение не редкость в здешних местах. Ведь сектор частной застройки, каким является и Александровская, долгое время сохранял уклад полудеревенской жизни. И сегодня на его линиях вперемежку с новенькими двух- и трехэтажными коттеджами можно встретить покосившиеся избы, оставшиеся от прежних времен. Рядом с некоторыми до сих пор виднеются загоны для живности.

Но от коровьего стада сестер Матвеевой и Новак терпение соседей лопнуло. Пять владельцев окружающих участков подали в суд и иск выиграли. Иначе и не могло быть! Ведь держать коров в Александровской – все равно что завести их, скажем, на Невском проспекте, а пасти в Таврическом саду. С точки зрения закона территории эти равно являются городскими площадками.

Однако вынести решение – совсем не то, что его исполнить. Судебный пристав Виктор Мошкивский рассказывает, сколько сил и времени у него ушло на то, чтобы производство это было исполнено.

– В решении суда было четко сказано: обязать прекратить разведение КРС в черте города. За неисполнение на ответчика налагается штраф. Сначала полторы тысячи рублей, потом – 2500… Но ведь так можно штрафовать бесконечно! Да, есть еще одна мера: исполнительский сбор. Он вчиняется должнику, если тот не исполнил положенное.

Сначала должнику дается пять дней на то, чтобы он исполнил предписание. Если не выполняет – обязан, кроме штрафа, заплатить исполнительский сбор. Он составляет уже пять тысяч рублей. С двух сестер – 10 000 стало быть. А если учесть, что по суду они должны пятерым истцам – то и все 50 тысяч. Согласитесь, для сестер-пенсионерок достаточно серьезная сумма.

А главное, проблему-то эти взысканные деньги все равно не решат.

Виктор Мошкивский потратил на разруливание непростой ситуации полтора года. Из личного архива

Перевести коров куда-то “на передержку” невозможно: все равно рано или поздно стаду пришлось бы подыскивать постоянное место жительства.

Мошкивский не знает, сколько времени занимался исполнением этого судебного производства его предшественник: дело это поначалу вел другой пристав. Ему же самому, чтобы разобраться в ситуации и привести ее к устроившему всех финалу, потребовалось полтора года.

Участок Матвеевой – Новак выкупил один из взыскателей, Евгений Третьяков, чей коттедж стоит как раз напротив наследного дома сестер-фермеров. На полученные деньги те смогли приобрести участок в Тосненском районе, что граничит с Пушкинским, но считается уже территорией сельского поселения. Туда и перевезли всех 11 коров.

Говорят, чувствуют себя буренки после переселения вполне хорошо. А Евгения Третьякова местные жители сейчас считают настоящим спасителем.

Справка “РГ”

Источник: https://rg.ru/2018/08/29/reg-szfo/kak-sudebnyj-pristav-mirno-pereselil-iz-goroda-krupnyj-rogatyj-skot.html

Корова — кормилица или обуза в хозяйстве? Опыт сельчан Минщины

Можно ли содержать стадо крупного рогатого скота в 5 метрах от соседей?

Крестьянская привычка держать корову уходит: поголовье крупного рогатого скота на частных подворьях Минщины сокращается из года в год.

Если в 2015­-м у жителей области было без малого 15 тысяч буренок, то в 2018-­м — уже 11 тысяч.

 Чем живут и с какими проблемами сталкиваются люди, для которых корова по­-прежнему остается кормилицей семьи? Об этом мы узнали, побывав в агрогородке Лебедево Молодечненского района.

Прибыль в натуре

Вкус парного молока еще не забыт во многих домах Лебедево. Ранним утром и поздним вечером густую пыль на деревенской дороге здесь по-прежнему поднимает дружное стадо коров с частных подворий.

Хозяева организовали общий выпас буренок, наняли пастуха. Пастбище выделил филиал агрофирмы «Лебедево» РУП «Минскэнерго», также организовал стабильный подвоз воды для животных.

На этом выгоне во время полуденной дойки мы и застали сельских энтузиастов.

Местные ностальгируют: еще в недавние времена число коров в стаде доходило до 120, теперь же здесь пасется только 22. Да и некоторых из них хозяева собираются сдавать, потому что не всегда есть возможность обеспечить хорошую кормежку.

Семья Мхитарянов не мыслит жизнь на селе без буренки. Когда переезжали в 2002-м в Лебедево с Витебщины, животных с собой привезли. Марина говорит, что в ее родной деревне Браславского района раньше в каждом дворе было по нескольку коров, а в их
семье в хлеву стояло по 4–6 буренок!

Красотка, Ляля, Зорька, Ромашка, Конфетка и Марта — работящие Мхитаряны держат 6 коров, двух из которых завели в нынешнем году.

Пока Марина в декретном отпуске, но уже подумывает не возвращаться к своей профессии маляра: тяжело трудиться на высоте, планирует заняться ведением личного подсобного хозяйства.

И муж-водитель недавно уволился, чтобы помогать тянуть большое хозяйство. Вполне вероятно, оно превратится в главный источник дохода семьи.

Женщина освоила азбуку ветеринарии. Способна справиться со многими коровьими болячками.

— Коровы постарше дают в сутки 32–36 литров, молодежь — по 20 литров, — замечает наша собеседница. — Местное хозяйство, к сожалению, коров не продает. Двух купили в Новополоцком районе.

Марина — мама пятерых детей. Корова для Мхитарянов — не только домашние продукты питания, но и возможность пополнить семейный бюджет.

К тому же, если срочно понадобятся деньги, никакие кредиты не нужны: можно продать корову, которая сейчас стоит от 1 до 1,5 тысячи долларов. Из молока хозяйка делает творог, масло, сыры, сметану.

Раз в неделю излишки натурпродукта реализует в Минске по заявкам постоянных покупателей.

— В столице продаю молоко по 1,5 руб­ля за литр жирностью около 4%.

Хотела торговать на новом рынке в Молодечно, но испугала цена — около 300 долларов за аренду оборудования витрины, 100 долларов за место в месяц, плюс коммунальные! Да и график невыгодный, ведь в обед нужно на дойку спешить. Если сдавать молоко государству — корова не окупится: литр стоил максимально 45 копеек, — замечает Марина.

Одной корове на зимний стойловый период нужно минимум 3 тонны сена. Большое счастье, если его удастся купить по минимальной цене в 450 рублей. На сено для шести коров уходит 3 тыс. долларов, не считая комбикорма.

Мешка комбикорма за 16 руб­лей хватает на три дня. Сено Мхитаряны заготавливают на приусадебных участках у людей, которые рады бесплатному выкосу и уборке травы.

Готовое сено продают фермеры, приобретается оно также в ОАО «Городилово».

— Проблема — сбыт телят. Принимает «Яхимовщина-Агро», но там бартер — взамен на зерно. Наше «Лебедево» телят у владельцев частных подворий не берет, — рассказывает Марина Мхитарян.

Чтобы в хлеву мычало

Супруги Башко (обоим уже за 80 лет) держат коров всю жизнь. Помимо Белки, которая дает 30 литров молока в день, у них есть еще лошадь, кабан и 30 кур. ­Иосиф Иванович работал в колхозе животноводом, его жена Ирина Дмитриевна более 30 лет трудилась дояркой. Стараются не только для себя. Четверо дочерей, внуки и правнуки — все любят домашние молочные продукты.

Иосиф Иванович уже и сена на зиму для Белки призапасил. Пенсионеров так же, как и семью Мхитарянов, выручают местные жители, у которых травы возле дома много, а девать ее некуда. Уважая преклонный возраст хозяина, они еще сами и покосят. Супругам остается лишь все высушить и забрать. Дополнительно докупали три тюка сена лишь в прошлом году — одного тюка хватает на месяц.

— Раньше нам подставляло плечо сельхозпредприятие. Молоко сдавали государству, взамен получали сено. Но несколько лет назад корма перестали давать, — говорит Иосиф Иванович. — На столе все молочные продукты — свои. Творог у нас с удовольствием покупают соседи. Держать корову выгодно. Это ж кормилица! Пока будут силы позволять, с Белкой не расстанемся.

Конечно, в деревне можно прожить и без коровы. Но давно сложившиеся традиции подпитывают хозяйскую жилку. Будет человек держать личное подсобное хозяйство — значит от земли не откажется.

Тогда и у малой родины откроется второе дыхание, и частный бизнес предпочтет деревенскую прописку.

Если есть на селе люди, которые больше устают от безделья, чем от работы, почему бы им всячески не помогать?

Компетентно

Завсектором по заготовкам, переработке и качеству сельхозпродукции и внешнеэкономической деятельности облсельхозпрода Светлана Авдеенко:

— Крупные товарные хозяйства наращивают производство. В магазинах — изобилие молочных продуктов. Поэтому, когда пара коров на деревню, возникает много мороки не только у хозяев, но и у местного сельхозпроизводителя: выделить пастбище, забрать молоко, помочь корма заготовить. Словом, хлопоты и проблемы.

Однако среди более чем 300 сельхозпредприятий области есть те, в коллективных договорах которых специально прописаны дополнительные меры по поддержке и развитию личных подсобных хозяйств. Например, можно приобрести корову в рассрочку с последующей продажей сельхозорганизации теленка.

Чтобы решить проблему с кормами, сельсовет должен позаботиться о выделении специального участка каждому личному подсобному хозяйству. В прошлом году владельцы частных подворий Минщины сдали государству 20,7 тысячи тонн молока. К примеру, за 2017 год этот показатель составлял 23,5 тыс. тонн. Больше всего молока от населения собрали в Слуцком (2,8 тыс.

тонн) и Стародорожском (2,2 тыс. тонн) районах. Однако цифры не говорят о лидерстве этих районов в производстве молока личными подсобными подворьями, ведь население сдает излишки. Например, в Минском районе молока могут получить гораздо больше, но государству его не хотят сдавать — выезжают с товаром на трассу и продают по выгодной цене.

Молоко у населения собирают сельхозорганизации и ИП — в основном оно закупается по цене первого сорта. На Минщине молоко принимают пять государственных и два частных молокозавода. Населенческое молоко — это всего лишь 1% от перерабатываемого ими сырья. Каждые 10 дней предприятие обязано перечислять деньги на расчетный счет поставщика сырья.

Помимо этого, государство доплачивает за каждый килограмм сданного от населения молока 4 копейки из республиканского бюджета. А это экономически просчитанная поддержка, которая является дополнительным стимулом.

Елена Пашкевич

Светлана Курейчик

9 2

Источник: https://www.mlyn.by/2019/06/korova-kormilitsa-ili-obuza-v-hozyajstve-opyt-selchan-minshhiny/

Сельчанин разводит коров под открытым небом

Можно ли содержать стадо крупного рогатого скота в 5 метрах от соседей?

В народе говорят «Корова в тепле — молоко на столе». Эту поговорку опровергает Николай ТИВУНЧИК из деревни Сервечь, что на Кореличчине. Мужчина круглый год держит свое стадо под открытым небом без какого-либо навеса, но во все сезоны получает от скота молоко. При этом выглядят животные стройными да ладными…

Зимой — на соломенной подстилке

По образованию Николай шофер. Как он сам говорит, «вырос на коровах», с 16 лет кастрирует животных, умеет их лечить. Более десятилетия, с 1997-го по 2008-й, был заведующим животноводческой фермы. Сейчас работает там сторожем. Свое «дикое стадо» содержит уже лет 15. Говорит, что такой метод выращивания подсмотрел у соседа, который в свои 70 до сих пор держит нескольких животных без сарая.

— Корову на селе иметь выгодно. На нее в колхозе и сена дадут на зиму, и корм на поле большую часть года растет — тратиться не надо, и с молоком и продуктами из него будешь весь год, — говорит Николай.

— На мое стадо из 45 голов, конечно, сено не выделят — сам заготавливаю, но я договариваюсь с председателем колхоза.

Попросишь — дадут и трактор, и косилку за небольшие деньги, а я взамен пустые дворы обкашиваю, ухаживаю, чтобы не было бурьяна.

Получается взаимовыгодное сотрудничество. Брошенных подворий в деревне действительно много, и содержать их в чистоте колхозу тяжеловато. А тут где Николай обкосит, а где — его коровы. Соседки-старушки сами даже просят, чтобы коровки прошлись по их участку, навели порядок.

Территория за двором Тивунчиков и нескольких соседних, где коровы проводят зиму и каждую ночь, огорожена электропастухом.

— Держать коров на природе не сложно. Главное, чтобы вода была. За сутки зимой приходится ведер 200 из колодца выкручивать. Бывает, что пару часов ждешь, пока он снова наполнится для следующей питьевой партии, так вычерпываешь все, — уточняет хозяин.

Чтобы стадо нормально питалось зимой, им требуется около 20 тонн сена. Хотя съесть они могут и солому, из которой Николай делает подстилку толщиной 5—10 сантиметров, чтобы коровы не лежали на снегу.  

— Навоз мне выбрасывать не приходится — все в почву уходит, — добавляет он. — А как холодно, так они укладываются на солому плотненько, чуть ли не друг на друга, греются.

Если мороз не сильный, до 15 градусов, хозяин совсем не волнуется о своем стаде. Если же температура опускается ниже, а корове наступает время телиться, она на сутки остается с теленком в сарае, чтобы он высох. 

— Однажды корова днем ​​двоих принесла, я их тогда еще на поле гонял, а как раз снег выпал. Вечером искать бросился, думал — все, погибли. Нет, нормально. Переночевали в сарае — утром на улицу и растут себе при корове, — вспоминает Николай. — Им гораздо хуже, когда оттепель: слякоть и дождь, чем мороз. Они у меня живут, как лось, олень, зубр — в дикой естественной природе.

Если зима мягкая, то хозяин гоняет их пастись и до декабря, а, по его словам, «декабрь с половиной января, как пережил, так дальше, глядишь, уже и весной запахло, день длиннее, солнце теплое днем».

Из молока на мясо

Сначала Николай сдавал молоко от своего стада. За литр имел от государства 46 копеек. Два года назад должен был отказаться от молочного бизнеса, так как молоковоз приезжал в разное время и надо было стеречь его, а кто будет скотину в это время смотреть?..

Теперь продает молоко людям (3-литровую банку — 2 рубля, что значительно дешевле, чем в магазине), кормит им поросят, сам пьет. От шести коров, которых он доит утром и вечером, получается за день в среднем 100 литров молока. 

— Доил раньше вручную 4—5 коров, так аж руки болели. После аппарат купил — легче стало — корову за 3—4 минуты дою, — говорит хозяин.

Сейчас Николай работает только на мясо, поэтому коровы какое-то время не позволяют мне приближаться, так как думают, что пришел очередной покупатель их себе на говядину отбирать. Некоторые даже хозяина к себе не подпускают. Однако через какое-то время животные смелеют, и вскоре я уже чуть ли не в центре стада.

Коров, которых предпочли покупатели, Николай ловит с помощью палки с петлей на конце, которой цепляет скотину за рога или шею. Недавно, говорит, приезжали грузины, сразу пятерых коров на свадьбу для 800 гостей брали.

— Занимаюсь этим по инерции не ради прибыли. Все мое стадо можно продать за 30 000 рублей, однако если молочную корову людям продаешь, то за нее одну можно 2000 выручить, — делится «мясной арифметикой» Николай. — Телят выгоднее продавать, так как за животное до 100 кг рассчитываются по живому весу по 4,50 рубля за кило.

Некоторые, кстати, пытаются взвесить корову в сантиметрах. Меряют скотину в длину и через это определяют ее вес, но Николай такому способу не доверяет.

Летом — на открытом выгуле

Летом стадо Тивунчика трудится на 40 гектарах пастбища возле реки Сервечь. С одной стороны здесь река, с другой — длинная и глубокая канава, через которую просто так не перейдешь. Ранее так же, между канавами, и колхозные стада паслись. Несколько раз за день Николай наведывается посмотреть, где его животные. Совсем бесконтрольно оставлять их, говорит, нельзя.

К семи утра стадо обычно уже на месте, обратно коров хозяин старается возвращать до темноты. По дороге скотина еще и по обеим сторонам пути траву «обкашивает». Почти все коровы стреноженные, чтобы не слишком разбегались по полю. 

Ежегодно в стаде рождается около 15 телят. Кстати, хотя пасутся коровы недалеко друг от друга, телиться они отходят на несколько километров.

— Бывает, растелиться корова в поле, так того теленка пару недель не сыщешь, ведь прячется по кустам, пока мамка его сама в стадо не приведет. Даже если будешь за коровой следить, с утра пригнав их на поле, она к теленку не пойдет, если увидит, что ты наблюдаешь.

Помогают гонять животных на пастбище и домой три собаки. А еще у Николая надежная поддержка от жены Людмилы, что работает на ферме дояркой, и трех сыновей. 21-летний Никита ни за что не хочет ехать в город, средний Игнат в свои 19 отработал год в Минске и также вернулся на родину, младший Илья сейчас в 10-м классе.

— Привыкли дети к деревне. Поедут на пару дней в город и обратно бегут, как я их туда ни пхну. Мне кажется, там лучше, в городе, наверное. И выходные есть, — вздыхает Николай.  

В хозяйстве Тивунчиков еще две лошади и два жеребенка. На одной хозяин сам работает, что нужно привезти или вспахать, вторая — почти все время у людей, что кому надо в огороде сделать.

— Не ради прибыли коня одалживаю, а чтобы человек на деревне выжил. Есть те, кто может отблагодарить чем-то, а у кого-то и дать нечего, так что же, не помогать им? — объясняет кропотливый хозяин, который сам, кстати, не пьет и не курит, как и три его сына. 

Выращивание коров под открытым небом — явление не новое. Еще в середине XVIII века на западе центрального района Франции в провинции Лимож, который примечателен суровыми зимами и традиционной скотоводством, разводили коров, чья порода по названию городка получила имя лимузинская.  

Эти животные легко переносят мороз в 20—35 градусов и метели при условии наличия грубых кормов и обязательной защиты от ветра. Они приспосабливаются к различным климатическим условиям и могут питаться на пастбищах с короткой травой, в том числе на горных лугах.

Вследствие такой неприхотливости и высокой плодовитости, а также хороших мясных качеств этой породы теперь ее разводят в 70 странах мира на пяти континентах, в том числе и в Беларуси знаменитые «лимузины». Правда, растят их здесь не совсем так, а точнее, совсем не так, как во Франции.

Хотя климатические условия Франции и Беларуси отличаются, да и такими генами, как лимузинские, наши местные коровки не обладают, тем не менее, как видим, они справляются.

Источник: http://zviazda.by/ru/news/20171006/1507277574-selchanin-razvodit-korov-pod-otkrytym-nebom

Без коровы. СХ-5 (maxwells demon)

Можно ли содержать стадо крупного рогатого скота в 5 метрах от соседей?

Мои прадедушка и прабабушка Ибрагим и Станислава, столкнувшись с межконфессиональным и родственным неодобрением их планов личной жизни (по одной версии) или перспективой доедания последнего хрена (по другой) плюнули на все эти проблемы, сменили вероисповедание, поженились и уехали из Витебской губернии в Сибирь. 

Согласно правилам, принятым при Александре Александровиче, по прибытию в Тобольскую губернию и определении с местом жительства им выдали корову. Собственно хлев для этой коровы и стал первым строением, построенным на новом месте.

С тех пор, кто бы ни находился во власти (и кто бы ни жил в доме) – коровы во дворе не переводились.

Не истребили рогатых ни революция с гражданской, ни две мировые войны, ни “страшная коллективизация”, ни “лысый кукурузник”, ни “бровастый медаленосец”, ни “блудни перестройки”, ни “святые девяностые””.

Сейчас в доме живут мои дядька с тёткой. Приезжаю – ничего не мычит. “Что без коровы, совсем старые стали, держать тяжело? Или Женьке (сыну, живёт наискосок) отдали?” Оказывается нет. Держали бы и дальше – сил ещё хватает,  потребность в молоке, масле и прочем никуда не делась, но…

Запретили. Корову держать в деревне запретили. Sed lex, dura lex. Мы же правовое государство. Вначале выдали предписание, потом выписали штраф, на третий раз обещали принудительно изъять.

Вот и пошли корова с тёлкой под нож, а бычка пока отправили на выгон, осенью тоже придётся зарезать маленьким.   

Адвокат-online
Добавить комментарий