На что имеет право малолетний ребенок, если его отец нас бросил?

Запрет на выезд детей: бессмысленный и беспощадный

На что имеет право малолетний ребенок, если его отец нас бросил?

Есть у меня знакомая дама с двумя детьми, которая очень плохо развелась с бывшим мужем. Время от времени меня как юриста (хотя несколько в другой области, понятно) просят проконсультировать по очередному спору или проблеме, и вот последние два года я с нарастающим недоумением наблюдаю за ситуацией, которая выходит уже за всякие рамки здравого смысла.

Для тех, кто не очень знаком с проблемой выезда несовершеннолетних из РФ, Федеральный закон от 15 августа 1996 № 114-ФЗ “О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию” устанавливает (в ст.

20), что несовершеннолетний гражданин России может выехать из России либо хотя бы с одним из родителей, усыновителей, опекунов, попечителей, либо, при выезде без (их) сопровождения – при наличии согласия таких лиц на выезд.

Пограничная служба некоторое время решала, нужно ли согласие обоих родителей, но в итоге сошлись на том, что и одного достаточно.

Однако на случай, если один из родителей не согласен с выездом детей за границу РФ, чтобы другой родитель не выехал с детьми без ведома и согласия первого или не отправил ребёнка со своим согласием без согласия первого родителя, статья 21 того же закона предусматривает право родителя подать заявление о несогласии на выезд ребёнка.

Существует подзаконная регламентация порядка подачи такого заявления и снятия запрета – Правила подачи заявления о несогласии на выезд из Российской Федерации несовершеннолетнего гражданина Российской Федерации (утв. постановлением Правительства РФ от 12 мая 2003 г. № 273).

Пограничная служба мониторит наличие запрета на выезд детей и при его наличии просто не выпустит ребёнка за границу.

Вот именно такой запрет отец, будучи недоволен тем, что ребёнок выезжал в некую европейскую страну на отдых по льготной путёвке, наложил пару лет назад.

С тех пор идёт непрекращающаяся борьба за право детей выехать на отдых за границу РФ.

Острота проблемы особенно усугубляется тем, что и мать, и отец – люди достаточно небедные, и разницу между отдыхом в РФ и Таиланде, Франции, Греции или Испании вполне понимают.

И ни о каком постоянном выезде из РФ детей речи не идёт, оба родителя достаточно прочно связаны с Россией, во всяком случае, пока: своими родственниками, имуществом, да даже и детьми, которые совершенно не готовы выехать из зоны русского языка.

В общем, дело неоднократно рассматривалось в суде. В силу нездоровых личных отношений обе стороны из принципа договариваться не хотят, и даже на интересы детей, которым всяко полезнее и интереснее (да и дешевле порой, при лучшем качестве) отдыхать на море в Греции, чем в Крыму, на Кавказе или в Подмосковье, плевать. Но суть проблемы в странной позиции суда.

Здравый смысл подсказывает, что запрет конкретно на выезд детей из РФ предусмотрен законом не просто так, “пусть будет”.

Почему, например, можно без проблем уехать в Сочи с детьми маме, но нельзя – в Минск или в Париж? Да потому, что выезжая за пределы контроля российского государства, родитель может там вне надзора что-то сделать такое, что второй родитель помешать не сможет.

Что это может быть? ну очевидно же: оставить детей за рубежом, продать на органы (как ни мерзко это звучит, наверное, могут быть и такие “родители”), усыновить в новую зарубежную семью.

Этот запрет, вполне очевидно, защищал и защищает от “вывоза” детей родителями, особенно иностранцами, за пределы российской территории с последующими действиями, которые могут идти в расхождение с решениями российских судебных органов или законами России.

Однако в данной конкретной ситуации никаких подобных рисков не усматривается.

Мать детей за рубеж жить выезжать не собирается (никаких оснований утверждать обратное нет, да и дел в России у неё более чем достаточно), дети иностранными языками владеют явно недостаточно для обучения на иностранном языке, учатся в российских школах, и при этом хорошо учатся, есть и родня, есть много имущества, которое постоянно требует контроля… То есть ну никаких совершенно признаков того, что дети могут не вернуться из поездки.

Не ПРОСТО ТАК же предусмотрено право суда снять запрет на выезд без указания конкретных оснований, просто потому что вот ну не хочется маме или папе, чтобы детки ездили за рубеж? Наверное, запрет, ограничивающий право ребёнка на отдых и лечение в наиболее подходящих для этого условиях, должен быть обоснован некими более высокими общественными интересами?

Вот формулировка закона: “В случае, если один из родителей, усыновителей, опекунов или попечителей заявит о своем несогласии на выезд из Российской Федерации несовершеннолетнего гражданина Российской Федерации, вопрос о возможности его выезда из Российской Федерации разрешается в судебном порядке.”

Краткость – увы, в данном случае, не сестра таланта. Никаких критериев, что может быть основанием для сохранения или снятия запрета на выезд, закон не содержит. И суды наши, руководствуясь главным жизненным принципом чиновничества – “как бы чего не вышло!” – предпочитают на себя никакой ответственности не брать.

Иск № 1 о полном снятии запрета с обоснованием отсутствия причин для ограничения выезда – суд отказал. Судья неофициально сказала, что да, конечно, оснований для запрета не видит, но практика вышестоящих судов такова, что запрет не снимать, а разрешать выезды на конкретные поездки. Так что связываться с МГС судья не будет, и пишите вы, мама, иск на конкретные страны, места и сроки.

В ответ на иск № 2 с конкретными поездками судья потребовал путёвки (!) и договор с турфирмой или билеты и заказы гостиниц. При этом надо учесть, что рассмотрение дела с учётом активного противодействия второго родителя занимает по полгода и более.

Кто-то пробовал за полгода оформлять всё названное? Ну только если какую-нибудь соболезнующую душу в турфирме найти. Что мать и сделала, в итоге: заключила договор с турфирмой на год вперёд с указанием поездок.

Что, конечно, было бы в нормальной ситуации невозможно, ну да мир не без добрых людей.

Суд по уточнённому иску запрет снять отказался, но при этом разрешил выезд в конкретные страны и на конкретные сроки. Апелляция подтвердила это решение.

Теперь остаётся дождаться того, как же наши органы будут совмещать несовместимое: разрешение на выезд в конкретную страну и неснятый запрет на выезд вообще; а также преодолевать прямой запрет закона выдавать заграничный паспорт при наличии несогласия родителя на выезд ребёнка (ст. 10 того же ФЗ). Думаю, в очередной раз наши органы поверят алгеброй гармонию, и плюнут на запрет закона, раз суд всё-таки конкретную поездку разрешил. И плевать, что такая форма “частичного снятия запрета” в ст. 21  закона не предусмотрена.

При взгляде на эту ситуацию со стороны бросается в глаза механистическое, антигуманное отношение суда к людям, попавшим в жернова слабого законодательного регулирования. Казалось бы, закон оставляет полностью на усмотрение суда вопрос о том, при каких обстоятельствах можно снять запрет на выезд.

Но в наших, российских условиях эта хорошая задумка авторов закона опять работает не так, как должна: ну нечем прикрыться “бедному” судье, если он возьмёт, да и примет решение о снятии запрета! А вдруг да отменят решение в вышестоящей инстанции? Галочка-палочка, а там и до снятия с должности недалеко!

Довели московскую, да и всю российскую систему судов до поголовной слабости, трусости, нерешительности, когда каждый свой шаг судья стремится обосновать не общественными интересами и правами граждан, а исключительно наличием надлежащего обоснования на случай последующего рассмотрения в ККС или “на ковре” у председателя.

Так что теперь каждый год придется матери в суде просить разрешения на конкретные поездки, при этом как минимум за полгода, чтобы в случае чего успеть пережить апелляцию… Прощайте, горящие туры, срочные льготные путёвки и специальные предложения. Да здравствует торжество формализма и бездушия!

Источник: https://zakon.ru/Blogs/zapret_na_vyezd_detej_bessmyslennyj_i_besposchadnyj/73723

Убийцам, имеющим детей, предлагают дать отсрочку наказания

На что имеет право малолетний ребенок, если его отец нас бросил?

Правозащитники просят расширить категорию осужденных, которые могут получить отсрочку отбывания наказания.

Сейчас ее дают беременным и матерям, которые осуждены на срок не более 5 лет, — до тех пор, пока ребенку не исполнится 14 лет. Предлагается поднять планку по сроку наказания до 8 лет.

 Таким образом, на свободе смогут остаться женщины, совершившие в том числе убийство и осужденные на 8 лет заключения.

Ранее эта тема обсуждалась на заседании Совета при правительстве РФ по вопросам попечительства в социальной сфере, после чего совет направил главе Минюста Александру Коновалову письмо с соответствующим предложением. По словам члена Общественной наблюдательной комиссии (ОНК) Аллы Покрас, в этой ситуации в первую очередь необходимо думать об интересах детей и как можно реже сажать беременных и матерей.

Как сказано в Уголовном кодексе, сегодня отсрочку могут получить беременные, матери или одинокие отцы. При этом, когда ребенку исполнится 14 лет, осужденный не будет отбывать наказание с нуля.

Суд может принять решение об освобождении или применить «более мягкое наказание». При этом есть несколько исключений. В частности, не могут получить отсрочку те, кто осужден «на срок свыше 5 лет за тяжкие и особо тяжкие преступления против личности».

В том числе это может быть убийство (наказание — от 6 до 15 лет лишения свободы).

При этом, как рассказал председатель коллегии адвокатов «Вашъ юридический поверенный» Константин Трапаидзе, бывают случаи, когда даже за тяжкие и особо тяжкие преступления виновный может получить меньше 5 лет, если, например, он сотрудничает со следствием, признает вину, у него есть маленький ребенок. Тогда он имеет право и на отсрочку.

Совет по вопросам попечительства направил письмо главе Минюста Александру Коновалову с просьбой «совместно с заинтересованными органами исполнительной власти и членами совета, а также с привлечением независимых экспертов дополнительно проработать вопрос» о «возможности распространения отсрочки отбывания наказания» на людей, которые осуждены в том числе за особо тяжкие преступления на срок до 8 лет. О результатах Минюст должен доложить в совет до 1 ноября 2015 года.

Согласно официальной статистике ФСИН, при женских колониях есть 13 домов ребенка и там на начало года было 668 детей.

По мнению Аллы Покрас, стоило бы вообще давать отсрочку всем осужденным беременным и матерям, пока их ребенку не исполнится хотя бы год.

— Конечно, кроме совсем исключительных случаев, — если это не женщина-маньяк, которая бегает по улице с ножом и всех режет, — сказала Алла Покрас.

— Но это слишком революционный шаг для нашей системы. Поэтому мы предлагаем более мягкое изменение. Очень важно, чтобы ребенок рос дома с матерью. И дело социальных служб — помочь этому.

Можно установить дополнительный контроль за такими семьями.

Член ОНК Елена Гордеева, которая также готовила материалы для совета, отметила, что в каждом случае решение о предоставлении отсрочки всё равно принимает судья, так что именно он должен определить, опасно ли будет разрешить женщине воспитывать ребенка дома.

— Преступления женщин в основном ситуативны, — сказала Елена Гордеева. — Как правило, на сроки до 8 лет их осуждают за убийство мужа или сожителя.

Например, был случай, когда женщина в течение 5 лет обращалась в полицию, потому что муж избивал ее. Полицейские его утихомиривали. Но однажды в ходе ссоры она его убила. Это типичный случай.

Потом в суде такой обвиняемой чрезвычайно сложно доказать, что это была самооборона и самозащита.

Если у таких женщин остаются дети — их отдают или в детский дом, или родственникам, которые часто не очень-то этого хотят. Как рассказала Елена Гордеева, в колонии женщина может жить с ребенком, пока ему не исполнится 3 года. После этого администрация должна поместить малыша в детский дом.

— Если матери остается меньше года до истечения срока, администрация может разрешить оставить ребенка и старше трех лет — но не старше четырех, — сказала она. — В этой ситуации нужно в первую очередь думать о ребенке. Для него важно сохранение контакта с матерью, особенно если он маленький. Разлука с матерью для него — большой стресс.

По словам Елены Гордеевой, правоприменительная практика такова, что отсрочку получают обычно обвиняемые, у которых есть влиятельные родственники. Например, резонанс вызвала история Анны Шавенковой — дочери главы Иркутского облизбиркома Людмилы Шавенковой.

В 2009 году она, управляя автомобилем, сбила двух женщин — одна погибла на месте, другая осталась инвалидом. В 2001 году Шавенкова была осуждена на 2,5 года лишения свободы с отсрочкой наказания на 14 лет, поскольку у нее незадолго до этого родился ребенок.

— Женщинам, у которых нет влиятельных родственников, получить отсрочку сложно, — сказала Елена Гордеева.

К примеру, Мелеузовский районный суд Башкортостана 29 мая 2015 года отказался давать отсрочку жительнице республики Семавиной Н., которая была осуждена за убийство мужа и у которой остались три дочери.

Как говорится в материалах дела, «Семавина Н.С.

вину в совершении преступления признала частично и показала, что муж оскорблял ее, угрожал убийством, она испугалась за свою жизнь и жизнь своих детей, убивать мужа не хотела, всё произошло спонтанно».

«Отношения девочек с папой складывались сложно, имели место постоянные скандалы и ссоры, физические наказания без причин, — сказано в материалах дела.

— У девочек сложился определенный стереотип папы, который постоянно кричал и наказывал, с уроками никогда не помогал, очень часто выпивал, устраивал дома драки с мамой, а именно применял физическую силу в состоянии агрессии. Девочки сильно испуганы, пережили сильнейший стресс».

Сама осужденная, как следует из бытовой характеристики, «характеризуется положительно, хорошая мать, воспитывает троих детей, спиртные напитки не употребляет».

Суд учел смягчающие обстоятельства (частичное признание вины, явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие на иждивении малолетних детей, отсутствие судимости и т.д.) и приговорил женщину к 3,5 года лишения свободы «с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима».

Первая инстанция отказалась предоставлять обвиняемой отсрочку, сославшись на то, что этот вопрос должен решаться после вступления приговора в законную силу. Однако позже Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда Республики Башкортостан изменила приговор и предоставила отсрочку.

Полковник МВД в отставке, адвокат Евгений Черноусов рассказал, что женщины, которым дают срок выше 8 лет, проходят в основном по статьям «Убийство» и «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью».

— Как правило, это доведенные до отчаяния женщины. Они убивают своих мужей, которые до этого издевались над ними. В первом случае мужчина умирает сразу, во втором — спустя время, в больнице. За это женщины получают обычно 8–10 лет.

Евгений Черноусов отметил, что последствием инициативы станет дополнительная нагрузка на полицейских.

— Сотрудников в системе МВД хронически не хватает. А если больше женщин будут получать отсрочку, потребуется больше сотрудников, чтобы следить за их поведением. Для этого в системе МВД существует специальное подразделение, — пояснил юрист.

Также в Верховный суд от совета были направлены другие предложения, которые касаются осужденных женщин. Совет просит «проработать вопрос об организации в судах отдельных специализированных помещений для нахождения матерей с детьми и беременных женщин необходимым оборудованием (пеленальные столы, средства ухода за детьми и т.д.)».

Источник: https://iz.ru/news/593606

Вс разъяснил, с кем должен остаться ребенок после развода родителей

На что имеет право малолетний ребенок, если его отец нас бросил?

Какие необходимые действия должен совершить суд, если он вынужден решить, с кем из родителей после развода останется жить ребенок – с матерью или с отцом.

Вопрос этот, к сожалению, уже давно не теряет своей актуальности. И касается многих распавшихся семей. А если верить статистике, то у нас в стране в такую ситуацию попадает чуть ли не каждый второй брак.

Не секрет, что далеко не всем папам и мамам удается сохранить цивилизованные отношения после развода. А главным предметом их судебного раздела становится чаще всего не имущество, а ребенок.

С одной стороны, закон утверждает, что мама и папа имеют равные права по отношению к ребенку. Но жить маленькому человеку придется с кем-нибудь одним из родителей. Как это сделать наименее болезненно для детей и наиболее правильно по закону – нашему и общемировому, – рассказал Верховный суд, пересмотрев стандартное судебное “деление” малыша между родителями.

ВС РФ подтвердил суровые приговоры за убийства детей

Итак, в Вологде с иском в суд пришел отец мальчика, доказывая, что после развода ребенка надо оставить жить с ним, а с матери взыскать алименты. Женщина, напротив, просила определить местом жительства малыша ее квартиру в Москве и присудить алименты отцу ребенка. По ее утверждению, ребенку лучше с мамой.

Представитель органов опеки в лице администрации Вологды полностью поддержали отцовский иск. То же самое сделал представитель Службы по правам ребенка правительства Вологодской области. Они участвовали в процессе как третьи лица. Их общее заключение – условия для жизни ребенка у отца лучше, чем у матери.

Решение городского суда Вологды – мальчика оставить отцу. Областной суд подтвердил правильность подобного вердикта. Мать ребенка вынуждена была дойти до Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда. Там вологодское дело пересмотрели и сказали, что есть все основания отменить выводы местных судей, так как они неправильно толковали закон.

Местный суд, когда решал спор в пользу отца, сослался на Семейный кодекс (статьи 65, 66). А еще, на Постановление Пленума Верховного суда по таким спорам (N10 от 27 мая 1998 года) и заключение Управления образования администрации Вологды.

ВС запретил детям просить прокурора признать брак родителя фиктивным

Вот что на эти аргументы вологодских судов возразил Верховный суд. Сначала он напомнил, что есть Конвенция о правах ребенка. Там сказано, что во всех действиях в отношении детей, независимо от того, предпринимаются они государственными или частными учреждениями, судами или другими органами, первоочередное внимание должно уделяться наилучшему обеспечению интересов ребенка.

По нашему российскому Семейному кодексу, при разводе родители сами решают, с кем из них малыш останется жить. Правда, если ребенку уже исполнилось десять лет, то в обязательном порядке о том, где он хочет проживать, суду необходимо спросить у ребенка. Но в нашем случае речь идет о маленьком мальчике.

Так вот, по закону если согласия между бывшими супругами нет – то где жить ребенку решит суд. Но вынося такое решение, суд должен учитывать очень многие вещи. Главное – он обязан вынести решение исходя только из интересов ребенка и учитывая его мнение.

Верховный суд очень подробно останавливается на перечислении всего, что придется учитывать суду, если он рассматривает “детское” дело. Надо обязательно выяснить привязанность малыша к каждому из родителей, братьям и сестрам. Должен быть учтен и возраст ребенка. А также нравственные качества родителей, режим их работы, возможности находить для ребенка время и так далее.

По Семейному кодексу (ст. 78) вне зависимости от того, кто предъявлял иск, к делу обязательно надо привлекать орган опеки и попечительства, который обязан обследовать условия жизни ребенка и положить на стол суда акт. Причем если родители живут в разных местах, то надо привлекать к делу органы опеки, как со стороны матери, так и со стороны отца. И это непременное условие.

В России хотят ввести уровень “злостности” при уклонении от алиментов

И вот еще что специально подчеркнул Верховный суд – опека должна участвовать в деле как государственный орган, способный дать компетентное заключение, с кем ребенку лучше, а не как третья сторона. А в нашем деле опека были лишь “третьей” стороной.

Но были и другие крайне важные моменты, которые не учли местные суды. Так в нарушении закона суд не стал объяснять, почему аргументы одной стороны, в нашем случае – отца, он принял, а матери – отказал. А ведь такое объяснение суда является обязательным. Да и права на защиту по Конституции у сторон должны быть одинаковые. В результате вот что произошло.

В суде было приобщено к делу заключение врача-невролога о том, что у малыша астено-невротический синдром, потому что на него негативно влияет мать и старший брат. Заключение принес отец, причем в последний день, когда выносилось решение.

Мать в суде просила в таком случае назначить профессиональную экспертизу врачей-профессионалов.

А областной суд отказал матери приобщить к делу заключение такого специалиста в области психологии, который ставил под сомнение компетенцию невролога.

Верховный суд сказал: отказ от назначения экспертизы, о которой просила мать, ущемил ее права, поставил стороны в неравное положение и нарушил закон (195-я статья ГПК). Верховный суд велел пересмотреть дело, с учетом его разъяснений. Выводы, сделанные Верховным судом по этому частному делу, – своеобразное разъяснение для судей на местах, как и на каких основаниях решать подобные споры.

Источник: https://rg.ru/2014/09/30/sud.html

Адвокат-online
Добавить комментарий