Владение чужим имуществом

…вернуть бы свое. Имущество — PRAVO.UA

Владение чужим имуществом

Институт истребования имущества из чужого незаконного владения не нов и был достаточно освещен в работах цивилистов. В то же время на этапе правоприменения возникает целый ряд вопросов относительно его реализации.

Эта статья посвящена одному из аспектов указанного института, а именно: истребованию имущества из чужого незаконного владения у добросовестного приобретателя, имущество которому было продано в порядке, установленном для исполнения судебных решений.

Однако начнем по порядку. Истребование имущества из чужого незаконного владения относится к способам вещно-правовой защиты права собственности (вещного права на чужое имущество). В рамках данного правоотношения собственник (пользователь) имущества не состоит в обязательственных отношениях с лицом, у которого находится имущество.

Обязательное условие применения указанного способа защиты права со стороны лица, имущество которого принадлежит на основании правового титула, является владение третьим лицом имуществом без достаточного правового основания (статья 387 Гражданского кодекса Украины).

Под правовым основанием владения следует понимать основания, указанные в статье 11 Гражданского кодекса (ГК) Украины, с которыми закон связывает возникновение права владения имуществом.

В то же время одного установления факта владения имуществом без достаточного правового основания для реализации права на истребование имущества из чужого незаконного владения недостаточно.

В силу нормы статьи 388 ГК Украины для возможности защиты своего права собственником (пользователем) имущества необходимо установление так называемой психологической составляющей владения без достаточных правовых оснований, а также особенностей завладения имуществом его конечным держателем.

В этих целях законодатель вводит понятие «добросовестный приобретатель» для описания отношения лица к завладению имуществом, при котором последний его держатель не знал и не мог знать о том, что имущество приобретается им без достаточных правовых оснований.

В этих случаях действительный собственник (пользователь) имущества не имеет права истребовать принадлежащее ему имущество у последнего его держателя (что в силу положений статьи 388 ГК Украины фактически подтверждает законность владения имуществом таким лицом), однако может защитить свое нарушенное право иным путем, например, потребовав возмещения ущерба лицом, вследствие незаконных действий которого имущество выбыло из собственности (пользования).

Необходимо отметить, что законодатель устанавливает случаи, в которых допускается исключение из правила о невозможности истребования имущества у добросовестного приобретателя. Первый из них касается порядка получения имущества добросовестным приобретателем.

В случае, если добросовестный приобретатель получил имущество безвозмездно от лица, не имеющего права его отчуждать, то правило о невозможности истребования имущества на данный случай не распространяется (часть 3 статьи 388 ГК Украины).

При этом законодатель не ставит в зависимость возможность истребования имущества у последнего приобретателя от наличия или отсутствия права собственника (пользователя) имущества на истребования имущества у лица, от которого последний приобретатель получил имущество.

То есть для реализации возможности истребования имущества от последнего приобретателя установления факта недобросовестности предпоследнего приобретателя не требуется.

Второй случай исключения из правила о невозможности истребования имущества от добросовестного приобретателя касается формирования внутренней направленности собственника (пользователя) имущества на переход права собственности на имущество к третьим лицам.

При отсутствии воли собственника (пользователя) на отчуждение имущества третьему лицу имущество может быть истребовано у добросовестного приобретателя. Случаи приобретения имущества помимо воли собственника (пользователя) перечислены в части 1 статьи 388 ГК Украины. Перечень, приведенный в указанной статье, не является исчерпывающим (открытый перечень).

Иные возможные случаи выбытия из собственности (пользования) лица имущества, указанные в пункте 3 часть 1 статьи 388 ГК Украины, охватывают, в частности, случаи заключения сделок с так называемыми «пороками воли» (сделки лиц, не обладающих достаточным объемом дееспособности, сделки, совершенные под влиянием ошибки, обмана и т.п.).

В данном случае позиция законодателя понятна — при отсутствии желания (воли) собственника на выбытие от него имущества не может действовать правило о добросовестности приобретателя вне зависимости от того, сколько лиц до последнего приобретателя владели имуществом после выбытия его из собственности (пользования) лица.

Такая позиция полностью соответствует теоретическому правилу единства воли (желания, направленности действий) и волеизъявления (материальной фиксации воли).

Однако даже из этого исключения есть свое исключение. В случае продажи имущества в порядке, установленном для исполнения судебных решений, имущество не может быть истребовано от добросовестного приобретателя вне зависимости от каких-либо условий.

И это исключение вполне оправдано, поскольку порядок реализации имущества, установленный для исполнения судебных решений, предполагает элемент принудительности указанных действий, который исключает необходимость наличия воли собственника имущества относительно перехода прав на имущество к третьим лицам.

Кроме того, порядок принудительной реализации имущества, установленный в нормативно-правовых актах Украины (статьи 61, 63 Закона Украины «Об исполнительном производстве», утвержденные во исполнение указанных статей порядки реализации недвижимого и иного имущества), предполагает публичность торгов по реализации имущества, которая включает в себя соответствующее информирование через СМИ о характеристиках продаваемого имущества, конкурс между покупателями. При этом процедуре продажи имущества предшествуют его опись, арест, оценка (статьи 55, 57 Закона Украина «Об исполнительном производстве»).

По логике законодателя, в данном случае действительный собственник продаваемого имущества, который не был информирован о незаконных действиях в отношении его имущества, имеет возможность предпринять соответствующие меры по недопущению его реализации.

Одной из таких мер, в соответствии со статьей 16 ГК Украины, статьей 59 Закона Украины «Об исполнительном производстве», является обращение собственника имущества в суд с иском о признании права собственности и исключении из акта описи и ареста имущества, которое было арестовано и подлежит реализации.

Указанные действия являются безусловным основанием для приостановления исполнительного производства в соответствии с пунктом 7 части 1 статьи 34 Закона Украины «Об исполнительном производстве».

Характерной особенностью процедуры публичных торгов также является обязательное участие в их проведении и осуществлении контроля со стороны уполномоченного государством органа — государственной исполнительной службы. Таким образом обеспечивается определенная гарантия возможности защиты прав собственника имущества.

В то же время отсутствие в законодательстве дефиниции термина «порядок, установленный для исполнения судебных решений» создает ряд коллизий в применении части 2 статьи 388 ГК Украины на практике.

Так, положение части 2 статьи 388 ГК Украины практически без изменений перекочевало из ГК УССР (часть 2 статьи 145). В период действия нормы части 2 статьи 145 ГК УССР, нормы, регулирующие порядок исполнения судебных решений, содержались в Гражданском процессуальном кодексе (ГПК) УССР (главы 44 — 50 раздела 5).

Вплоть до принятия Закона Украины «Об исполнительном производстве» коллизии в понимании термина «порядок, установленный для исполнения судебных решений» не существовало, поскольку указанные нормы ГПК УССР не предусматривали иной возможности продажи имущества в целях исполнения судебных решений, кроме как их принудительной продажи с торгов.

На данный момент, исходя из норм Закона Украины «Об исполнительном производстве», можно констатировать, что ситуация кардинально поменялась.

В первоначальной редакции статья 30 указанного Закона определяла возможность добровольного исполнения исполнительных документов, не позволяя при этом говорить о каком-либо особом порядке продажи имущества, установленном для исполнения судебных решений в порядке добровольного исполнения.

В то же время в соответствии с Законом от 10 июля 2003 года № 1095-4 статья 30 Закона Украины «Об исполнительном производстве» была дополнена нормой части 3, в которой оговаривался порядок реализации имущества при добровольном исполнении решения суда.

В соответствии с частью 3 статьи 30 Закона Украины «Об исполнительном производстве», в качестве обязательного условия реализации имущества в рамках открытого исполнительного производства не преду­сматривалось проведение публичных торгов.

Кроме того, при указанной реализации имущества функция контроля органа государственной исполнительной службы сводилась только к даче разрешения на проведение реализации. При такой реализации имущества не соблюдалось основное условие принудительной реализации имущества — информативности и конкурсности.

Кроме того, указанная реализация проводилась не в рамках принудительного исполнения, что исключало возможность действительного собственника имущества влиять на реализацию имущества путем подачи иска об исключении имущества из акта описи и ареста, поскольку акта описи и ареста как такового на тот момент не могло существовать.

Учитывая сроки, в пределах которых имущество подлежало реализации в порядке части 3 статьи 30 Закона Украины «Об исполнительном производстве», обращение действительного собственника в суд с иском о признании права собственности также не могло повлиять на процедуру продажи имущества. При этом, исходя из действующего законодательства нет никаких правовых оснований утверждать, что имущество, проданное в порядке части 3 статьи 30 Закона Украины «Об исполнительном производстве», не было продано в порядке, установленном для исполнения судебных решений.

Теперь представим следующую ситуацию: определенное лицо помимо воли действительного собственника получает во владение его имущество.

Понимая, что имущество может быть у него истребовано, указанное лицо продает имущество в порядке части 3 статьи 30 Закона Украины «Об исполнительном производстве» третьему (связанному с ним) лицу, которое предварительно получило решение суда о взыскании суммы задолженности с ненадлежащего собственника при полном непротивлении последнего.

Доказывание недобросовестности конечного приобретателя в данном случае практически невозможно. Формально все законно, однако за счет такого пробела в законодательстве собственности безвозвратно можно лишить кого угодно и когда угодно.

Определенным образом ясность в таких ситуациях должна внести судебная практика. Однако автору неизвестна судебная практика, которая бы толковала термин «порядок, установленный для исполнения судебных решений».

Напротив, известны случаи, когда Верховный Суд Украины признавал невозможность истребования имущества из чужого незаконного владения имущества, проданного в порядке части 3 статьи 30 Закона Украины «Об исполнительном производстве».

Безусловно, такую практику следует признать порочной, вследствие прямого противоречия части 4 статьи 41 Конституции Украины.

Интересным является решение данной проблемы в Российской Федерации. Так, в Гражданском кодексе РФ вообще отсутствует норма, которая бы предусматривала невозможность истребования имущества у добросовестного приобретателя в случае продажи ему имущества в порядке, установленном для исполнения судебных решений.

Судебная практика, сформировавшаяся в судах Российской Федерации, указывает на возможность истребования имущества у добросовестного приобретателя в случае, если имущество было продано в порядке исполнения судебного решения за долги не собственника имущества, когда это имущество выбыло из владения собственника помимо его воли (пункт 25 постановления Пленума ВАС РФ от 25 февраля 1998 года № 8), и исключает такую возможность, в случае если имущество было продано в исполнительном производстве в целях погашения долгов собственника (пункт 22 приложения к информационному письму Президиума ВАС РФ от 28 апреля 1997 года № 13). Необходимо отметить, что такая позиция достаточно оправдана, наличие нормы части 2 статьи 388 ГК Украины, по мнению автора, является определенным анахронизмом, фактически ставящим в заранее уязвимое положение собственника имущества.

Помимо изложенного выше подхода российского законодателя, выход из сложившейся ситуации автор видит в необходимости внесения изменений в часть 2 статьи 388 ГК Украины, которые установили бы невозможность истребования из чужого незаконного владения имущества только в случае его продажи в порядке, установленном для принудительного исполнения судебных решений.

Также возможно законодательно дать определение термину «порядок, установленный для исполнения судебных решений», которое бы включало признак принудительности. Безусловно, было бы не лишним узнать и мнение Пленума Верховного Суда Украины относительно трактовки части 2 статьи 388 ГК Украины. В любом случае сложившаяся ситуация не может оставаться без изменений.

АРТЮХЮрий — юрист ЮК «Шкребец и Партнеры», г. Харьков

Источник: https://pravo.ua/articles/vernut-by-svoe-imushhestvo/

§ 25.2. Право владения чужим имуществом

Владение чужим имуществом

Распространенным среди прав на чужое имущество или вещи обладание чужой вещью или имуществом. По своей юридической природе владение не является правом.

Это фактическое положение, по которому владелец имеет определенную вещь или имущество, считает эту вещь или имущество своим, которое принадлежит ему по праву, но самого права не имеет.

О том, что владелец не имеет права на вещь, которой владеет, он может знать, а может и не знать. Для определения владения это значения не имеет.

Следовательно, для такого фактического состояния необходимы два элемента: объективный – фактически иметь вещь в своем владении и субъективный – считать данную вещь своей, как принадлежащая ему по праву.

При наличии этих двух элементов фактическое наличие вещи у определенного лица признается владением.

Отсюда следует, что владение – это не право, а факт, фактическое владение, фактическое состояние, по которому владелец имеет дело и считает ее своей.

Как может случиться, что владелец фактически имеет вещь, которую считает своей, но не имеет права на нее? Такое случается не так уж редко.

Например, ГК Украины установил, что на ряд особо ценных вещей право собственности к приобретателю переходит только при условии нотариального удостоверения соответствующего договора. Если такой договор нотариально не удостоверен, он не приобретает силы и, следовательно, право собственности в приобретателя преходить.

Но дело уже передано приобретателю, а ее отчуждатель исчез – уехал на постоянное место жительства за границу – и оформлять договор должным образом не желает. Возникает вопрос, кто приобретателем такой вещи, например, квартиры, дома, автомобиля и т. д.

? Ведь право собственности на эту вещь к приобретателю не перешло, владельцем он не стал, а стал лишь владельцем и, пожалуй, ни у кого не вызывает сомнения то, что такое фактическое владение требует соответствующей защиты со стороны права.

Можно привести и другие примеры возникновения владения. По общему правилу, собственником приобретенной вещи не станет тот, кто приобрел ее от лица, сама не имела права собственности на эту вещь и не могла передать другому лицу право, которого сама не имела.

Владелец занял определенную вещь заемщику на определенный срок, давно истек, а заемщик дело не возвращает. Владелец одолженной вещи требований о возврате принадлежности заемщика также заявляет – забыл или по другой причине.

На каком правовом основании заемщик обладает чужой вещью? Такой правовой основания у него нет, есть факт: он дело и считает ее своей, поскольку владелец от нее отказался, но и права собственности не передал.

Вот в этом и заключается феномен владения – права нет, а правовая защита предоставляется. По этому поводу идет довольно оживленная дискуссия уже на протяжении тысячелетий – от древнего римского права и до наших дней.

Объяснений этого феномена много, но ни признанного хотя бы большинством исследователей. Есть разные взгляды и их сторонники.

Одни считают, что владение – это право, потому и защищается правом, другие – это не право, а факт, а защищается, чтобы не допускать самоуправства и не дестабилизировать правопорядок. Есть и другие объяснения.

Однако следует признать, что владение как юридический факт возможно без соответствующего правового основания, т. е. без правового титула – беститульным владения, о чем было сказано выше. И именно об этом беститульным владения идет.

Знание, которое опирается на определенный правовой титул – это законное владение и оно не требует какого-то специального защиты, кроме того, что предоставляется тем же титулом, на который оно опирается.

Если это владения собственника, оно защищается правом собственности, если это владение нанимателя, арендатора и т. д., то оно защищается соответствующим договором.

Специального защите нуждается именно то владение, которое не имеет под собой правового титула, беститульным владения. В интересах общественного строя и общественного порядка оно должно иметь правовую защиту. Это признал и законодатель Украины, но не прямо, а косвенно.

Законодатель, во-первых, признал наличие такого беститульным владения в статье о праве собственника на истребование имущества от лица, незаконно завладела им. В этой статье провозглашена норма: “Собственник вправе истребовать свое имущество от любого лица, которое незаконно, без соответствующего правового основания завладело им”.

Таким образом, законодатель Украины признал наличие незаконного владения и наличие беститульным владения – без соответствующего правового основания.

В главе о защите права собственности нового ГК Украины говорится также о добросовестном и недобросовестное владение, которое также является беститульным и незаконным. Но ГК предоставляет определенную охрану как добросовестному, так и недобросовестному владению.

К сожалению, эти вполне оправданны основы защиты права собственности в отношении добросовестного и недобросовестного ответчика по виндикационному иску не нашли адекватного отражения в главе ГК Украины о владении.

Сложилась парадоксальная ситуация: с одной стороны, законодатель якобы признает наличие беститульным владения в форме добросовестного или недобросовестного, а с другой – признает только владение, которое опирается на правовой титул.

Так, одна из норм о владении провозглашает, что право владения возникает на основании договора с собственником или лицом, которому имущество было передано собственником, а также на других основаниях, установленных законом.

Но такое владение действительно является правом на владение, поскольку оно опирается на правовой титул. Это владение бесспорно подлежит защите. Однако, как было показано, законодатель признал наличие беститульным, т. е. незаконного владения, но почему-то не предоставил ему защиты.

Это существенное пробел в новом ГК Украины, которая противоречит другим нормам этого Кодекса.

Законодатель признает наличие недобросовестного владения. Глава о владении содержит норму об обязанности недобросовестного владельца немедленно возвратить имущество лицу, которое имеет на него право собственности или другое право или которое является добросовестным владельцем.

При этом напомним, что оба эти вида владения е незаконными, то есть без-титульными, у них нет права на владение, одновременно законодатель говорит лишь о праве владения.

ГК Украины не содержит ответа на вопрос, как должно защищаться добросовестный владелец (но незаконный) от посягательств третьих лиц. Законодатель таком владению защиты не оказывает. То же следует сказать и о недобросовестном владения – оно вообще коем правовой защите не подлежит.

Вряд ли это соответствует общественным интересам. Ведь это означает, что у такого владельца объект владения может быть удален любым лицом независимо от того, имеет ли это лицо какое-то основание для такого исключения.

Нельзя признать также, что такой подход отвечает интересам правопорядка, который существует в государстве.

Таким образом, следует четко различать владение законное и незаконное. Законным владением, как уже было сказано, признается владение, которое опирается на соответствующий правовой титул. Если фактическое обладание такого титула не имеет, оно признается незаконным.

Незаконное владение в свою очередь подразделяется на добросовестное и недобросовестное. Добросовестным признается владение, когда владелец не знал и не мог знать о том, что он обладает чужой вещью или имуществом. Критерием разграничения этих видов владения является субъективный фактор – незнание о неправомерности своего владения.

Определять характер владения вправе только суд. Только с учетом всех обстоятельств дела, по которому возникло владение чужой вещью или имуществом, суд может определить добросовестность или недобросовестность владения.

При этом суд, определяя добросовестность, должен исходить из того, что владелец не знал и не должен знать, что он обладает чужим. Есть обстоятельства, в связи с которыми возникло владения чужой вещью, не давали ни малейшего сомнения относительно правомерности такого приобретения.

Вместе с тем, суд должен иметь в виду, что фактическое владение считается правомерным, если иное не вытекает из закона или не установлено решением суда.

Примером незаконного, но добросовестного владения может быть (это чаще всего бывает на практике) случай, когда покупатель, приобретая вещь у продавца, не знал, что тот не имел права ее продавать, а обстоятельства купли-продажи не давали оснований для сомнения в правомерности такой сделки .

Если владелец знал или должен был знать, что он обладает чужим имуществом, такое фактическое владение признается недобросовестным. В этом случае применяется субъективный критерий определения недобросовестного владения.

Суду предстоит установить, знал владелец или мог знать о неправомерности своего владения. Если покупатель приобретает какую-то вещь по явно заниженной цене, то это должно его насторожить: вправе продавец ее продавать.

Разделение фактического владения на добросовестное и недобросовестное имеет практическое значение при решении виндикационного иска, заявляемые владельцами для истребования своего имущества от любого лица, которое незаконно, без соответствующего правового основания завладело им.

Однако следует иметь в виду, что в соответствии с общими положениями о договоре купли-продажи право продажи товара, кроме случаев принудительной продажи и других случаев, предусмотренных законом или иными правовыми актами, принадлежит владельцу.

Но из этого общего правила есть одно существенное исключение: если продавец не является собственником товара, покупатель приобретает право собственности только в тех случаях, когда в соответствии со статьей ГК Украины собственник не вправе потребовать от него товар. В этом случае покупатель становится законным владельцем-собственником.

Это означает, что по новому ГК, добросовестное владение, хотя и не имеет правового титула, все же не лишено определенной правовой охраны. В случае добросовестного владения при определенных условиях владелец может стать владельцем чужой вещи, находящейся в его владении.

Опять возникает вопрос, кто является тем лицом, добросовестным владельцем, не имеет правового титула на владение и еще не стала владельцем этой вещи. Кстати, она тем самым фактическим владельцем без правового титула.

По новому ГК Украины (между прочим, и по ГК УССР), добросовестный владелец становится собственником чужой вещи при условии, что владелец не имеет правовых оснований для ее виндикации.

Кто должен признать тот факт, с какого момента данный владелец становится собственником вещи, кто должен засвидетельствовать, что он уже владелец, а не владелец, – на эти вопросы новый ГК ответа не дает.

Добросовестный владелец может стать владельцем чужой вещи и вследствие истечения срока приобретательной давности – 10 лет для недвижимого имущества и 5 лет для движимого имущества.

Подытоживая сказанное, можно сделать вывод: субъектом владения, т. е. фактическим владельцем может быть любое лицо, которое может быть субъектом права собственности, то есть владельцем.

Однако, по новому ГК Украины субъектом владения может быть любое лицо, которое фактически держит у себя чужую вещь. Это может быть заемщик, арендатор, наниматель и другие. Указанные и другие лица, которые держат чужую вещь на законных основаниях, безусловно имеют право на защиту от посягательств третьих лиц, в том числе и от собственника, ведь это законное владение.

Одна и та же чужая вещь может находиться во владении нескольких владельцев – совладельцев.

Итак, фактический владелец, действующим законодательством наделен определенными правами и обязанностями.

Добросовестный владелец может осуществлять в отношении своего объекта владения теми же правами, что владелец, но до тех пор, пока он не знает о неправомерности своего владения. После того, как добросовестный владелец узнал о неправомерности своего владения, он превращается в недобросовестного владельца.

Последний обязан немедленно вернуть чужую вещь или имущество лицу, которое имеет на него право собственности или другое право, предусмотренное договором или законом, или которое является добросовестным владельцем этого имущества.

В случае невыполнения недобросовестным владельцем указанной обязанности, заинтересованное лицо имеет право подать иск в суд об истребовании имущества.

Фактическое владение, кроме указанных выше оснований прекращения прав на чужую вещь или имущество, может прекратиться истребованием имущества от владельца собственником или другим лицом, имеет право на эту вещь или имущество.

Гражданско-правовой институт владения имеет очень давнюю родословную. Он служит человечеству и в условиях рыночной экономики. Его место в системе гражданского законо-давтсва и гражданского права объективно определено. Институт владения существовал и существует независимо от нашего желания.

Источник: https://juristoff.com/resyrsi/biblioteka/civil-pravo/grazhdanskoe-pravo-ukrainy-uchebnik-dzera-v/10282-25-2-pravo-vladeniya-chuzhim-imushhestvom

Адвокат-online
Добавить комментарий